Юрий Винокуров - Псих поневоле [СИ]

— Так, погоди, а бабка тут тогда нахрена? — я уже начал путаться во множестве новой информации — как, блин, у книжных попаданцев получается запоминать всё в мельчайших деталях?!

— Она следила за уровнем эха и, в случае вероятного раскола разума, отсекала слизь от тела пациента, — очень доходчиво и терпеливо объяснила заложница и кивнула на неприметную дверь, что было очень странно — либо она всерьез заинтересована во мне, либо тянет время…

Больше склоняясь ко второму варианту, я, всё же сбегал в таинственную комнату и обнаружил там большой монитор и странное оборудование, которое отличалось от того, которым меня пытали старики, так же, как современный автомобиль отличается от телеги.

Тут даже клавиатура была!

Вот только буквы на ней были мало понятны, хоть некоторые и узнавались. Потыкав наугад в несколько кнопок я оживил монитор, но местная «винда» была мне совсем непонятна и я не стал тратить на неё время.

Кроме рабочего стола, с местным аналогом компьютера, в комнате был небольшой диванчик, маленький шкафчик, полка с книгами и большой горшок с фикусом под лампой. Потирая мародерские ручонки, я полез в шкафчик и вытащил оттуда бабкину сменную одежду в виде больших рейтузов, огромного лифчика и классического платья с цветочками. Не рискнув оживлять подобных монстров, я двинулся обратно, плюнув в горшок с фикусом от досады.

Уже в дверях меня посетила оригинальная мысль и я медленно обернулся.

ХРЕНак!

— Чего изволите господин? — спросило шелковистым голосом и учтиво поклонилось высокое растение «за сто» с широкими листьями.

— Стену сломать сможешь? — спросил я, но не просто так — все видели одуванчики прорастающие сквозь асфальт, а тут целый фикус!

— Постараюсь, господин! — растюшка шлепнула листьями по стене, а я шлёпнул ладонью по лицу.

— Корнями! — подсказал я.

Фикус выбрался из большого горшка и потыкал тонкими корешками в бетон.

ХРЕНак — ещё минус двести карат — фикус стал выглядеть сочнее и зеленее.

— Ну? — я нетерпеливо смотрел на своего нового миньона.

— Господин, мне нужна подпитка для роста корней и тогда я справлюсь за пару дней, — голос фикуса стал чуть грубрее, а речь чуть умнее.

ХРЕНак — и четыре сотни минусом! «Оно что, на каждый апдейт удваивает стоимость?» — опешил я, оставшись практически ни с чем.

— Мой повелитель, позвольте мне поглотить те тела — могучий, двухметровый фикус указал мощным листом на трупы оперативников. — И я уничтожу эту жалкую стену очень быстро!

Миньон третьего уровня — как я сам придумал определение на месте — стал чертовски пафосным и умным. Собственно говоря, мне ничего не оставалось, кроме как обеспечить его мясистой почвой. Под странные взгляды женщин, я, с загадочным видом, уволок одно из тел в каморку.

Фикус радостно вонзил корни подмёрзшую плоть и стал толстеть прямо на глазах. Он прижал тонкие корешки к бетону и я заметил, как от стены начали откалываться мелкие песчинки.

Удовлетворённо кивнув, я приволок ещё одно тело «про запас», попутно удивляясь силе своего тощего тела — было непривычно с лёгкостью таскать закованные в сталь трупы, учитывая что моё прошлое тело не страдало от переизбытка мышц. Да и вообще, по канону, — это тренированные и сильные люди должны попадать в тела дрищей, а не простые программисты в тушки терминаторов.

Фикус работал, а я вернулся к бассейну, чтобы продолжить постигать культуру и уклад нового мира.

— На чём мы остановились? — я бросил взгляд на тело начальника службы безопасности и оно ещё дышало. — Ах да, зарплаты. Сколько, говоришь, получал Люкар?

— Пятьдесят карат. — ответила Виктория, снова стуча зубами от холода.

— Ага, а сколько стоит, например килограмм мяса? — что-то мне подсказывало, что ответ меня удивит.

— Понятия не имею, — пожала плечами аристократка, совершенно меня не удивив.

— В среднем — пятьдесят милиарисов, — просвятила меня Элеонора, которая с нескрываемым любопытством наблюдала за мной.

— Понятней не стало… «Миларис» это деньги?

— Да, — кивнула Элеонора.

— Деньги либры… — скривилась Виктория.

— Помолчи, Викуля, не грузи мой мозг, а то мы отсюда до утра не выйдем! Элео… — я задумчиво взглянул на свою подельницу. — Может просто Эля?

Она неуверенно кивнула и хотела что-то добавить, но сомнение мелькнуло в её взгляде, когда она покосилась на аристократку.

— Один карат стоит тысячу милиарисов. Карат это мера веса, равная двум десятым граммам нейтральной хтони. — отчеканила Элеонора.