Юрий Винокуров - Псих поневоле [СИ]

Пафосная баба медленно и грациозно приближалась в абсолютной тишине и лишь мелкие камушки жалобно хрустели под её каблуками. Четвёрка охранниц тенями следовала за ней.

Меня такой расклад не устраивал и раз уж я всё равно в жопе, то почему бы попробовать залезть ещё глубже, а там через желудок и до горла можно добраться. Да и угнетала меня эта пафосная тишина.

— Я б вдул! — громко шепнул я, заговорщицки толкая локтем держащего меня броневоина справа.

Идея оказалась так себе — на меня мгновенно нацелилось два десятка стволов. Сама канон-баба лишь смерила меня холодным взглядом, но ничего не сказала. Я посмотрел вниз и картинно запричитал:

— Ох, простите, тут просто очень холодно, он просто спрятался, чтобы погреться, а так-то я готов, и даже не один раз, не смотря на ваш преклонный возраст! Ну, не то, чтобы вы были старой и страшной, совсем наоборот, вы старая и красивая, ой, не старая, но красивая, в смысле…

Удар бронированного кулака по затылку прервал мою трёхсекундную скороговорку, а вот сама особа вообще не отреагировала. Странно…

Она подошла к Лоу.

— Ты говорил с кем-нибудь об этом осколке, кроме тех, кто присутствует здесь? — спокойно произнесла она.

А голос был хорош — напоминал какую-то певицу.

— Ни с кем, Ваше Сиятельство! — ответил бледный от страха мужик, которого явно «штырило» от пиявки.

Она внимательно посмотрела в его глаза и снисходительно кивнула:

— Твоей семье будет назначено пособие. — кивнула пафосная баба двинулась дальше к Арену и извращенке.

— Благодарю Ваше Сияте… — вновь поклонился Лоу, но договорить не успел — я услышал резонанс от одной из фигур в чёрном и голова садиста отделилась от тела и с глухим стуком упали на пол. Самое удивительное — крови из обрубка шеи вообще не шло! Там была только чёрная корка сожженной плоти.

— Ты! — обратилась она к Арену с замутнёнными глазами. — Поднимись! С кем ты говорил об этом случае?

— Только с динарием Исааком и с Лоу, — сглотнув, ответил дрожащий Арен, кивнув на труп бывшего коллеги.

— Твоей семье будет назначено пособие! — бросила она Арену и, взмахнув пальцем в воздухе, пошла дальше.

— Ваше Си… — Арен видимо хотел возмутиться, но тоже не успел и рухнул на пол обезглавленным.

— Говори, тебе известна ситуация с этим осколком? — Виктория властно смотрела на Элеонору.

— Ваше Сиятельство, я не понимаю о чём речь! — ответила извращенка без капли страха, глядя прямо в глаза женщины в красном. Её голос оказался точно таким же, как у стрингов. То есть наоборот…

— Для чего ты контактировала с ним? — спокойно спросила пафосная баба.

— Мы писками тёрлись! — брякнул я и заржал, а девушка покраснела, но взгляд от аристократки не отвела.

— Это так? — всё так же спокойно уточнила аристократическая особа.

«Офигеть, она вообще человек?!» — мысленно удивился я.

— Да, Ваше Сиятельство! — твёрдо ответила Элеонора.

Виктория секунду вглядывалась в глаза девушки, а потом приказала ей:

— Возвращайся к работе, — после чего обратилась к оперативникам. — Освободите.

Мне даже стало интересно, что же она сделает с Исааком, а ещё, я внезапно понял, что: во-первых — она чует враньё, а во-вторых — последними, кто знает о моём исключительном случае, были я и динарий!

А, ну и сама Виктория…

Тут я заметил, как из кармана халата Арена показалась Грызля, выглядевшая очень расстроенной и злой.

— Динарий Исаак Энн, с кем ты говорил об этом случае?

— Из тех, что уже умерли: Арен Свастян, Лоу Вигор, Берт Мэтли, Рудольф Миттер, и Макс Клаус. Из ещё живых — Энди Люкар, но, какая теперь разница? — невесело усмехнулся динарий. Он стоял, стараясь держаться гордо, но, его пальцы всё равно подрагивали.

— Я хотела бы узнать твои мотивы перед тем, как ты умрёшь. У тебя ведь нет семьи, насколько я знаю? — динарий отрицательно качнул головой. — Ты вырвался с самого дна, так какой смысл перечёркивать все свои достижения?

— Если я не скажу, ты будешь мучаться по ночам, Виктория Моррен?

— Не думаю.

— Тогда и в этом тоже нет смысла…

— Раунд! — я влез в их диалог и громко хлопнул в ладоши, что было весьма трудно сделать к кандалах с короткой цепью. Исаак вздрогнул, мышь пискнула.

Виктория впервые проявила эмоции и бросила на меня взгляд, полный презрения. Тут освобождённая Элеонора заметила мышь и пронзительно завизжала, отпрыгивая к стене и сжимаясь там в комочек, отчего на неё нацелились сразу все пушки в помещении, включая моих конвоиров. Грызля, видимо испугавшись визга, прыгнула подальше от его источника и приземлилась в аккурат на выпуклую и упругую задницу Виктории Моррен, уцепившись лапками за тонкую ткань.