— Дока боя, — буркнул себе под нос Вагард, опустив взгляд.
— ЧТО??? — изумленные глаза отца заполнили почти всю «переговорную сферу».
Градация мастерства у тех, кто посвятил себя бою, была почти такой же, как и у магов: адепт, подмастерье, бакалавр, мастер, дока и гранд. Была, правда, и еще одна ступень — элит гранд, но она скорее относилась и к искусству Боя и к искусству вязи. Универсальные воины, как их называли на Абидалии, и все они принадлежали к одной-единственной расе — приамы, которая считалась полностью истребленной после Войны Последнего Передела, которая в народе получила другое название — Войны Страха. Так что в настоящее время в мире воинов уровня элит гранд просто не существовало.
Вот только получить тот или иной ранг в искусстве боя было едва ли не сложней, чем встать на ту же ступень у магов. У неодаренных, в отличие от последних, такого помощника, как «искра», не было. Поэтому ранги мастерства нарабатывались упорной, до изнеможения, работой, потом и кровью. И чтобы подняться на еще одну ступень вверх, часто проходило не по одному десятку лет в каждодневном упорном совершенствовании своего тела, с пичканием его снадобьями и зельями.
Вот и представьте удивление главы правящей семьи клана Дагарон, когда он узнаёт, что его самый младший отпрыск уже дока, которых наберется едва ли сотня на все Семиградье. И все это в какие-то двадцать лет отроду. Правда уже через мгновение, вспомнив, с каким упорством Вагард буквально насиловал свое тело, занимаясь на тренировочной площадке, часами избивая сначала деревянных истуканов, а затем и партнеров по учебным поединкам, Томкару удивляться перестал.
— Вагард, — чуть подрагивающим голосом от переполнявших мужчину эмоций наконец произнес глава клана, когда мысли обо всех этих сравнениях магов и воинов пронеслись у него в голове табуном диких испуганных тарпанов. — Я безмерно горжусь тем, что у меня растет такой сын. Возможно, я и повторяюсь, но это действительно так. После всего, что я узнал, ты тем более должен быть в Холмграде. В конце концов, за Пелену ты можешь ходить и из родного города.
— Пап? — с мольбой в глазах посмотрел на родителя парень.
— Сын, — нахмурился глава. — Пойми — это не просто моя блажь или прихоть. За последнюю декаду на Трехзубом перевале были две попытки проникновения чернорясых в Семиградье и один штурм силами наемников-тареамов. А в зоне ответственности каких кланов находится этот перевал, тебе, думаю, напоминать не стоит.
— Штурм? — удивился Вагард.
— Да, штурм. Скорее всего, нас просто прощупывали, но все равно это уже повод для собрания Совета кланов Холмграда. С каждым годом провокаций на границе становится все больше и больше. Представители владыки Джургской империи в Семиградье от всего отнекиваются, мол, это инициатива частных лиц. И по последним данным, доставленным из-за Тохос-гребня, это действительно так. У джургов самих относительный порядок только до Такитаны, а вот восточнее, за рекой и до самого побережья — сами демоны не разберутся. Оттуда, видимо, эта зараза в виде чернорясых и лезет.
— На западе эти чистюли теократы, славящие своего Виргама Безгрешного, на востоке чернорясые, вообще непонятно кому поклоняющиеся, и все лезут в Семиградье, — сдвинув к переносице брови, проговорил младший Дагарон. — Отец, им здесь всем медом намазано?
— Сын, — снисходительно, словно Вагард был несмышленым ребенком, улыбнулся тот. — У нас Сумеречные Земли со своими диковинками. Здесь Сарашские болота с самородным чистейшим сырым мифрилом. Здесь самые плодородные земли на левом берегу Амплады и в поймах Ультиаки и Пареи. Продолжать?
— Не надо, — покачал головой Вагард.
И действительно, к чему слушать то, о чем он знал с самого рождения. Все аристо Семиградья получали великолепное образование. И тиры, и пратты, не говоря уже о грессах, что были аналогом высшей аристократии в человеческих государствах. И достоинства Семиградья, которые сейчас перечислил отец, откровением для Вагарда не стали.
— Мне вот что непонятно, отец, — меж тем продолжил парень. — Я понимаю заинтересованность Радогона, Полойского торгового союза, да той же Джамахирии, но святошам-то с чернорясыми что у нас надо? Они же вроде как за умы и души разумных должны бороться? Им прежде всего нужна паства, а материальное потом.
— Как же ты еще молод, сын, — покачал Томкару головой. — Впрочем, этот недостаток с годами проходит, подмигнул он и начал пояснять: — Трудно насаждать свою веру и бороться за умы, находясь где-нибудь на отшибе материка в келье отшельника. А вот, когда ты в центре и от тебя, как от паука расходятся в разные стороны нити твоей паутины, за которые ты дергаешь, когда тебе это необходимо — это уже расклад совсем другой. Да и о том, что я тебе говорил до этого не стоит забывать. Ты думаешь, святошам и чернорясым нужны заблудшие, как они говорят, души, чтобы повернуть их в лоно истинной веры? — снова ухмыльнулся гресс Дагарон. — Как бы ни так. Власть и деньги — вот единственная цель, что они преследуют. Впрочем, не только они.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу