Елена Кароль - Попаданка. Если вас убили

– Как знаешь, – немного разочарованно пробормотал братишка, окончательно сосредотачиваясь на дороге. – Но если что – сигнализируй, запишу и выслушаю вне очереди.

Дальше мы ехали под звуки хард-рока и готики, рассекая вечерние улицы Архангельска в направлении нужного офиса.

Здание, специализирующееся на арендованных мужьях, ничем не отличалось от сотни стандартных бизнес-центров. Обычная пятиэтажная коробка из стекла и бетона, пестрящая множеством вывесок. Прежде чем выйти из авто, я еще раз заверила, что в случае чего обязательно позвоню, и только после этого отправилась на поиски нужного мне офиса. Его я обнаружила на втором этаже. Ничем не выделяющаяся дверь, табличка и самый обычный звонок. Никаких тебе тайных знаков, потусторонних звуков и привратников-привидений. Даже как-то обидно стало. Но не мог же тот смотрящий меня просто разыграть? Да и профессор Кнопин подтвердил, что регистрация необходима.

А значит… Бз-з-зынь.

Отпустила кнопку весьма противно прозвучавшего звонка и напустила на себя максимально скучающий вид. Подумаешь, какие-то там смотрящие, подрабатывающие мужьями по вызову… А я вообще темная леди!

– Кто? – тихо, но очень четко донеслось из-за двери.

Я удивилась, ведь намного проще было врезать дверной глазок, а не спрашивать, но, немного подумав, ответила честный минимум:

– Я на регистрацию.

Вряд ли вопрошающего интересовали мои паспортные данные, потому что их в принципе никто не мог знать.

И – о чудо! – дверь беззвучно открылась. На пороге возник щуплый темноволосый паренек лет шестнадцати с абсолютно черными глазами без белков. Жутковато… Но Эд, когда бесился, бывал и пострашнее. Этот же странный парнишка ничем, кроме непривычного цвета глаз, от человека не отличался. Тощий, в видавшем виды растянутом свитере, висящих застиранных джинсах и с таким кислым выражением лица, словно я пришла к нему домой глубоко за полночь склонять в пастафарианство.

Дворецкий (допустим!) вопросительно наклонил голову набок, явно предлагая рассказать о цели визита чуть больше, и я, вдохнув поглубже, натянула на лицо улыбку подружелюбнее.

– Здравствуйте. Сегодня утром я столкнулась с мужчиной, который назвал себя смотрящим. Он дал мне вашу визитку и порекомендовал сегодня же зарегистрироваться. Я верно зашла?

– Проходите… – замогильным голосом прошептал паренек и посторонился. А когда я вошла, тут же закрыл за мной дверь на несколько замков и махнул рукой вдоль длинного коридора. – Третья дверь справа с табличкой «Регистрационная».

– Благодарю. – Я старалась быть вежливой до конца, но меня бессовестно проигнорировали, скрывшись за ближайшей дверью.

Важный какой…

Но ничего, я здесь не за этим.

Тут же выкинула из головы странного парнишку и отправилась в указанном направлении. Стукнула в нужную дверь, дождалась приглашения, вошла и снова жизнерадостно поздоровалась:

– Здравствуйте!

Но стоило мне повнимательнее приглядеться к женщине лет тридцати в строгом деловом костюме приятного жемчужного цвета, которая сидела за широким столом и явно работала здесь секретарем или регистратором, как улыбка медленно сползла с моего лица, сменившись озадаченным выражением.

Горгона? В Архангельске?

Уж чего я точно не ожидала, так этого. В мире Галион подобные девицы казались нормой, особенно на фоне остальных красавиц с нечеловеческой внешностью, но здесь и сейчас я первым делом вспомнила о греческой Медузе горгоне и поняла, что раздражать миловидную змееволосую даму-регистратора не стоит даже мысленно.

Во избежание, так сказать.

Пока же Ирина Константиновна, агент по работе с вновь прибывшими, как гласила надпись не ее бейдже, была настроена ко мне весьма доброжелательно. Мне предложили присесть, затем – воды, следом – озвучить цель визита, предъявить татуировку и только после этого, проникновенно заглянув в самую глубину моих глаз, о-о-очень настойчиво попросили:

– А теперь расскажите мне, откуда у вас эта татуировка.

Наверное, она применила гипноз, а может, из-за того, что я постоянно думала о внимательно поглядывающих на меня змеях, но, отпив воды, чтобы смочить слегка пересохшее горло, я рассказала Ирине Константиновне все. Естественно, урезанную версию, но без лжи: похитили, уронили, приняли в род с условием, разозлили, вынудили, вытурили. Что делать дальше – не знаю. Новых сил в себе не ощущаю, закон преступать не собираюсь.

– Что ж, увлекательно. Необычно. Я бы даже сказала: уникально. – Как и Ярогор Владиславович, Ирина Константиновна тоже не стала прикасаться к татуировке, но при этом, пока я рассказывала, изучила ее так тщательно, словно запоминала на всю оставшуюся жизнь. – Вы, дорогая, пока заполняйте анкету, а я расскажу об основных моментах, которые вам необходимо знать. Итак, первое…