Ларионова Виола - Во власти магии

— Ивания! — зло окликнул куратор. — Рано я вас похвалил! Два круга.

— Но… — попыталась оправдаться я.

— Никаких 'но'! Иначе сейчас четыре будет!

Я знала, что он не шутит. Не умеет. И побежала, увязая ногами в грязи, которая замедляла движения и неприятно хлюпала. То и дело стирая воду с глаз, что так норовила ослепить меня, я упорно бежала, хотя сил не было совсем.

— Какая ты сексуальная в мокрой майке, загляденье! — услышала я где-то за правым плечом и обернулась. Нога увязла, я её резко дёрнула, испытала жуткую боль и, вскрикнув, упала в грязь, измазавшись с ног до головы. Надо мной склонился Рома.

— Ну и чего ты дергаешься? — ехидно поинтересовался он. — Уже привыкнуть должна.

С этими словами он схватил меня за скулы, я ойкнула от боли, а он улыбнулся.

— Вот видишь, я совершенствуюсь, и тебе, солнышко, лучше слушаться. — он отпустил моё лицо, встал и через него тут же прошёл Даудов. Меня трясло от боли и страха. Куратор потянулся к неестественно согнутой лодыжке, коснулся и тут же отдёрнул руку. Я дёрнулась и завизжала, как будто меня режут — боль была нестерпимой.

— Не дёргайся, и я быстро тебя залечу, — спокойно проговорил куратор. Лия села на колени и положила на них мою голову. Гладила по мокрым волосам и утешала. Солёные слёзы смывал дождь.

— Потерпи, сейчас будет больно. Сложи руки на груди крестом, возьмись за плечи, — строго раздавал он указы, а я подчинялась. Когда поза была принята, Даудов повернул ступню. Новая порция криков разлетелась над стадионом. Ногти вонзились в плечи, но эта боль была ничем по сравнению с болью в ноге. После пришло тепло, и мне сразу полегчало, захотелось спать, глаза сами собой стали закрываться. Последнее, что я услышала, был щелчок его пальцев и короткие указания:

— Отнеси её к себе, — еоротко сказал он. — Ты, идёшь с ними. Поможешь ей. И через полтора часа жду вас на занятиях. Только попробуйте опоздать.

Угрозу я уже не столько слышала, сколько додумала. Сладкий, такой желанный сон принёс мне умиротворение. Мне снились полёты на пегасе сквозь облака.

— Ива, сестрёнка, очнись, пожалуйста, — разрушила сон Лия. Я с трудом разлепила глаза. — Ты просто постой, а я тебя раздену и обмою, — сестра снова проявляла заботу. Я через силу поднимала руки, когда она снимала с меня майку, переступала с ноги на ногу, когда она снимала штаны. Её нежные руки аккуратно смывали с меня грязь, потом она накинула мне на плечи халат.

— Я одела её. Отнеси мою сестру в кровать, — кому-то крикнула она. Меня подхватили, и я словно качалась в лодке на волнах. Как же хотелось спать.

— Опять ты… — пробормотала я с трудом, увидев того, в чьих объятиях я находилась.

— Я… — выдохнул парень мне в лицо и положил на постель. Что ещё он говорил, я не знаю — уснула. Сон был таким крепким, что мне ничего не снилось. Через час меня разбудила сестра.

— Пора вставать! — пропела она мне в лицо, ее волосы спадали вниз и щекотали меня. — Если ты не встанешь, Даудов с нас шкуру снимет.

Я подскочила, пытаясь вспомнить, что же со мной было. Не вышло. Пришлось взять помощь зала, а именно сестры.

— Куратор телепортировал Арона. Он-то тебя и нёс, — увидев мои ошалелые глаза, она пояснила, — купала тебя я, не переживай, а то сердце не выдержит. Он хотел остаться до твоего пробуждения, но я отослала его.

— Правильно сделала. А что с моей формой? — встрепенулась я.

— Я её постирала, но она не высохла, — пояснила Лия.

— Спасибо! — благодарность переполняла меня, я не знала, как её выразить.

— Не стоит. Ты бы сделала то же самое, — махнула она рукой.

— Придётся надевать спортивки и футболку, что я из дома брала, — немного расстроилась я. Мою одежду шили люди, а не дверги, и потому я не была уверена, что она переживёт тренировку с архонтом.

За пятнадцать минут мы добрались на стадион. Как раз вовремя. Даудов нас уже ждал и поглядывал на часы.

— Успели. Еще минута и занятия продлились бы на час, — с разочарованием проговорил он. — Итак, приступим к тренировкам.

— Господин Даудов, можно вопрос? — пискнула я.

— Можно, — задумчиво кивнул он.

— Почему я уснула после вашего лечения?

— Усталость и боль давали о себе знать, — безразлично пояснил куратор.

— Но в прошлый раз я спокойно пошла в столовую, а в этот даже шевельнуться не могла, — не отставала от него я.

— В прошлый раз, госпожа Милорадович, вы только пробудились, и организм не требовал отдыха. Я ответил на ваш вопрос? — кивнула. — Тогда приступим.