Эрика Шторм - Карточный Император

Внезапно кагар оказался рядом. Алое вещество это тоже заметило и в одно мгновение ринулось ко мне, с шипением впитываясь в кожу. В висках застучало, ноги подкосились и только благодаря Императору я не упала на пол, усеянный битым стеклом.

Таргад-старший подхватил меня на руки и двинулся в дальний угол библиотеки, где обнаружилось большое кожаное кресло, стоящее рядом с пустым камином. По-прежнему держа меня на руках, мужчина уселся в него и устало вздохнул.

Я виновато молчала, мысленно выговаривая себе за детское любопытство и нанесённый императорской библиотеке урон. Император также не спешил нарушать тишину и отчитывать меня за разбитый шар.

Головная боль постепенно отступала.

От кагара исходил ненавязчивый запах апельсина, которым я бессовестно наслаждалась, греясь в крепких мужских объятьях. Одна рука Лиамарона успокаивающе гладила мою спину, вторая придерживала за талию. Зелёные глаза пристально следили за мной, но это не смущало меня. Напротив, я с удовольствием тонула в их глубине. И так хорошо мне было в этот момент, так спокойно.

Гулко сглотнув, я с трудом заставила себя вернуться в реальность.

— А что это вообще было? — нервно дергая ворот императорской рубашки, спросила я.

Мужчина оторвал мою конечность от своей одежды и посмотрел так, что мне стало стыдно.

— Ты разбила шар с копией моих воспоминаний. Обычно их извлекают специальным способом, чтобы детально рассмотреть нужное событие. В нашей памяти всплывают лишь самые яркие эпизоды, а в шары попадает всё до мельчайших подробностей. Они помогают в расследовании преступлений и заговоров, — пояснил Император ледяным тоном. А затем совершенно без перехода резко вспылив, заорал: — Угораздило же тебя схватить в свои кривые руки именно его!

Я мигом слетела с колен Императора и для верности отошла подальше. Спокойствием и уютом от него уже не веяло. Он был в ярости. Зелёные глаза сузились и стали ярче, челюсть сжата до предела так, что проступили чёткие очертания желваков, кулаки лихорадочно сжимают обивку кресла.

— Зачем вы тогда эти шарики на самом видном месте храните, а? — «Лучшая защита — это нападение» — выдал мне лихорадочно соображающий мозг тактику для борьбы с разъярённым кагаром. — Спрятали бы их в секретное хранилище и заперли на замок.

— Эти «шарики», — передразнил меня Император, — никто не должен видеть кроме меня. Они магически скрыты. А в сейфе их искали бы в первую очередь, в отличие от библиотеки.

— Но я же их вижу, — резонно отметила я.

— Видишь, — не стал со мной спорить Таргад. — Именно поэтому возникает вопрос: как ты это делаешь? Не обладающие магией на такое не способны, да и редкий маг может отыскать магически скрытую вещь. Остается только один вариант: ты — видящая.

— Понятно ведь, что не слепая, — буркнула я, при этом ничегошеньки не понимая.

Смирившись с ролью просветителя несчастной иномирной невежды (что-то подобное я прочитала в его взгляде), Император приступил к объяснениям:

— Видящие — это те, кто способен видеть действующую магию, не переходя на так называемое второе зрение, а также магически скрытые вещи, как в твоём случае со шкафом. Видящими могут быть не только маги, но и простые смертные. К счастью, этот дар проявляется очень редко. Во время Великой битвы почти всех видящих уничтожили, а те, кто выжил, надежно прячутся и не афишируют свои способности. Убивали их по ряду причин: во-первых, на войне такие маги не тратили дополнительное время и энергию на включение второго зрения, что давало им достаточное преимущество в бою; во-вторых, правители многих стран брали одарённых к себе на службу, чтобы те воровали магически спрятанные артефакты, ослабляя при этом соседей и увеличивая собственную мощь, находили предметы шантажа и так далее. Из-за этого постоянно вспыхивали войны, которые вскоре охватили весь мир и привели к Великой битве. Проведя полвека кровопролития, уничтожив огромную часть населения, истощив природные и денежные ресурсы, императоры и короли наконец спохватились. В целях сохранения Хотариса был создан Хотарисский договор «О мирном сосуществовании империй и королевств, а также взаимопомощи при иномирном вторжении». Каждый год он заверяется на Имперском балу.

«Который в этом году был перенесен из-за меня» мысленно добавила я, припомнив слова духа-хранителя. Очередной мой косяк. С такими темпами я ни то, что месяц, я даже неделю тут не продержусь.