Роман Гриб - Засланец Божий [AT]

Натянув по быстрому снаряжение, мы выскочили из трактира. Ну, то есть Шииран выскочила, а я за ней. На улице нас уже ждали Леха и Горнбрад. Увидев нас, Леха махнул нам рукой и побежал в сторону стены вместе с гномом. Мы рванули за ними, лавируя в потоке простолюдинов, спешащих в противоположную сторону, к центру поселения.

В этот момент со стороны ворот начали раздаваться глухие удары и стали видны вспышки света, похожие на ту, что ослепила меня во время моего неудачного штурма.

Возле ворот, на небольшой площадке перед ними, стража становилась оборонительным строем. Пространство освещалось несколькими светящимися шариками, что парили в воздухе над улицей. Два ряда копейщиков со щитами спереди, мечники по бокам и за ними, позади лучники и человек пять в цветных мантиях и с посохами. Вроде даже пара из них – бабы. Пардон, женщины. Хотя, не зная местных обычаев, трудно судить. Может, у местных магов модно сиськи с помощью магии отращивать?

Леха, не замедляя бега, повернул к башне. За ним Горнбрад. Я за ними. Шииран и трактирщик присоединились к готовящемуся к бою отряду местных защитников.

– Что происходит? – вместо приветствия спросил Леха у уже знакомого нам стража.

– Чертовщина. – ответил Шиин. – Тени, появляются из темноты и атакуют стены и ворота.

В этот момент по воротам снаружи раздался удар, словно тяжелым тараном. Ворота дрогнули и ощутимо прогнулись. Такой же удар пришелся по стене неподалеку от нас. Вышка весьма ощутимо задрожала от удара.

Я попробовал всмотреться в пространство перед стеной, но тщетно. За стеной словно был разлит черный туман. Тьма была густой и непроглядной, даже не смотря на то, что в небе скромно светился узенький серп месяца местной луны. Лес, поля, дорогу – можно было увидеть, если напрячь глаза. А возле стены все тонуло в темноте. И эта темнота даже будто словно… колыхалась. Ну да, как туман. Вот туман в очередной раз колыхнулся и, сгустившись, выплюнул из себя черную тень в форме волкоподобной твари. Эта тень рванула к воротам и с разбегу прыгнула на них. Раздался очередной удар, ворота дрогнули, а тень растеклась по воротам и стекла на землю, слившись обратно с общим облаком.

– Лех, а если твоим кулоном посветить, че будет?

Леха кивнул и, сняв свою священную цепочку, вытянул ее в руке, свесив треугольник вниз, за стену.

– ВО ИМЯ СВЕТА! – выкрикнул Леха.

Цепочка и медальон ярко вспыхнули, на миг даже слегка ослепив глаза. А внизу раздался вой и визг, переходящий с злобный рык. Рычащая тень на четырех лапах рванула прочь от ворот и скрылась в черном тумане метрах в пятидесяти от ворот. Облако тьмы стало менее плотным, туман стекался с округи к убежавшей тени, освобождая пространство перед вратами и стеной.

Леха выключил свой фонарик и принялся всматриваться в черную кляксу тьмы, застывшую неподалеку. Я тоже смотрел туда и увидел, как в черном облаке вспыхнули два ярко-желтых глаза, пропитанных просто нечеловеческой злобой. Глаза с ненавистью смотрели прямо на нас.

– ДА НУ НАХУЙ!!! – воскликнул Леха, глядя на это страхоебище.

Гном молча выпучил глаза и разинул от удивления рот, уставившись на ерпарха. Я, если честно, тоже слегка прихуел. Не, конечно, Леха умел весьма витиевато ругаться, это я помню еще с той поры, как душеглот его в кусты забросил. Но он не матерился при этом. И до сих пор слов с корнями «хуй» и «пизд» от него ни разу не прозвучали.

– Че, все прям на столько хуево? – спросил я.

А тем временем у меня в интерфейсе мигнул значок одного собутыльника и пропал.

??????????????

Это что ж там за пиздец на лапках, что Леха, мать вашу, ПРОТРЕЗВЕЛ???!!!

– У этой твари уровень – две тысячи пятьсот пятьдесят третий!!! – выкрикнул Леха, высунувшись из дозорной башни к обороняющимся. – уходите к храму, прикрывайте людей!

– Это хуево? – спросил я у гнома, так и застывшего с открытым ртом.

– Это – ПИЗДЕЦ!!! – ответил Леха, повернувшись к нам. – Темный оборотень, маг теней! Уходите к храму! То, что он прорвется, это даже не обсуждается. Я прикрою в случае прорыва, если что – отвлеку, а потом догоню.

Шиин кивнул и, облегченно вздохнув, рванул к выходу, как подраненный олень. Я всмотрелся в темноту и вновь встретился с пристально смотрящим на меня желтым взглядом.

Гном тяжело вздохнул и, перехватив секиру поудобнее, тоже пошел к выходу. Оглянувшись ко мне, Горнбрад произнес:

– Идем, Денис. Тут мы только сгинем зазря. А у храма до утра протянем. А там с рассветом тварь уйдет.