Роман Гриб - Засланец Божий [AT]

– Как, как… – ответил Леха, приложив ладонь к лицу. Ей богу, скоро фейспалм станет его родным состоянием, а ладонь прирастет к морде. – В этих краях этот жест пальцем вверх означает «у меня на тебя встал», пальцем вниз – «на тебя никогда не встанет»

Пиздец.

Не просто пиздец, а пиздеццище.

И даже теперь не знаю, что хуже. То, что показал этот жест громиле, или то, что громила не оскорбился, а засмущался…

Впервые в жизни я понял на своей шкуре, что такое «пробил холодный пот».

А мурашки решили свалить из задницы на всякий случай.

– Кому ты хоть умудрился свой палец продемонстрировать? – спросил Леха, сидевший спиной к стойке и не видевший всей картины.

Ответил за меня гном, сидевший так, что стойка входила в его поле зрения:

– Ши… ши… Шиира… Н…

– Шииран? – поднял Леха левую бровь – Ну, тогда считай, тебе повезло. Она тебя небольно убьет. Ррраз – и все.

– ОНА!!!???? – воскликнул я – это – самка??!

– Угу – сказал Леха и хлебнул еще вина и хватаясь за очередной кусок мяса.

– А зачем ей меня убивать-то? – не мог я понять всего происходящего – Это ж просто палец! Ну, пусть сломает палец, или на память себе оторвет.

– Неее, ты ж ей на потрахушки намекнул – ответил пришедший в себя после залпом выпитой кружки Горнбрад – теперь она пришибет тебя в любом случае. И убежать не получится, она сильнейший воин в городе, у нее уровень почти шестисотый.

– Горнбрад, ты его так сейчас еще больше запутаешь, дай я объясню – прожевав и проглотив, заговорил Леха. – Видишь ли, Денис, тут такое дело. Шииран – «валькирия». Раса типа амазонок. Так сложилось, что мужики у них рождаются мелкие и хилые, а женщины – сильные и высокие. Валькирии, можно сказать, избранный Мардукором народ. Давным – давно в их родном мире произошла катастрофа, мир стал непригодным для обитания, и Мардукор расселил их по многим мирам, включая и Небарру. Это воины чести. Хорошие, сильные воины. С сильными древними традициями. В основе одной главной традиции лежит одна история…

Леха отпил еще вина и, пожевав губы, продолжил:

– Когда началось вырождение мужской половины населения, был принят, так сказать, закон. По возрождению мужского духа. Переспать с валькирией, а тем более – взять ее в жены, может только мужчина, одолевший ее в бою. Если не одолеешь – скорее всего, выйдешь из поединка трупом. Или инвалидом, если повезет. А с учетом того, что в городе нет никого, кто бы посмел попробовать сразиться с Шииран, мужика у нее давно не было…

Леха многозначно на меня посмотрел и добавил:

– Так что отвертеться у тебя нет шансов. Готовься. Ты теперь обречен на секс.

– Может, на смерть? – переспросил я.

– Да брось. Я же видел, как ты душеглота одолел. И это без уровней и почти без маны. – отмахнулся рукой Леха и подхватил очередной кусок мяса. – врубишь берсерка и повалишь ее. Это женщины у валькирий насмерть бьют. Мужику достаточно повалить ее на обе лопатки либо удержать прижатой к земле на три счета. А уж толпа точно соберется знатная, посчитают по совести.

Леха хлебнул еще своего винца и принялся жевать кусок окорока.

– А почему бы им не поддаваться тогда, когда мужика хочется, раз уж такая сильная традиция и без ее соблюдения никуда? Ну, поскользнулась во время борьбы «случайно», упала на лопатки – вот он, мужик!

– Нельзя, в этом нет чести. – ответил на этот раз Горнбрад. – За нарушение кодекса чести Мардукор может силу отобрать, или даже жизнь. И уж душу такой бесчестной валькирии он точно не заберет после смерти к себе.

– Нуууу, не знаааю даже. – протянул я – Секс или жизнь. Я бы сто раз подумал, прежде чем такую религию выбирать.

– А у них и выбора нет. Народ их, можно сказать – собственность Мардука. – сказал гном. – Не мучай понималку, чтоб разобраться во всем этом, нужно родиться и вырасти валькирией. Слишком много там нюансов. Но и преимуществ расовых у них тоже не мало. Одна сила врождённая на сотню с пеленок чего стоит! У женщин, конечно, но все же.

Гном замолчал и снова опустошил очередную порцию пива. И куда только лезет? Он выпил уже больше, чем весь гном места занимает!

Тем временем Шииран, заказавшая ранее сразу пять кружек пива, допила последнюю и уверенно направилась к нашему столику.

– Ерпарх – кивнула она Лехе.

– Мастер – кивнула она Горнбраду.

Те кивнули ей в ответ.

– Шииран – кивнула она мне, стукнув себя кулаком правой руки по центру груди.

– Денис – как-то непроизвольно я повторил ее жест.