Сергей Багнюк - Министерия

Человек обернулся, как ни странно, не удивился и поспешив к Вадиму Николаевичу, радостно приветствовал его:

– Вадик, рад, что ты уже здесь, – Иван обнял друга.

– Слушай, что это за дурацкий вокзал? Отсюда можно как-нибудь выбраться?

– Что ж, отвечу тебе. Мы с тобой в аду. На этом вокзале находятся кассы, в которых отпускаются билеты, согласно которым распределяют людей по разным направлениям, предопределенным для них заранее в соответствии с их прежним образом жизни. Некоторые по этому вокзалу слоняются порой сотни лет, ожидая пристанища.

– Понятно, значит, Рая я не удостоился, – криво улыбнулся Курвощипов, все еще надеясь, что видит диковинный сон.

– В этой кассе продают билеты в Министерию, Вадим. Это особая страна. У тебя будет возможность в этом убедиться.

– Название какое-то прозаическое, будничное – с моей должностью созвучно. Честно говоря, меня это настораживает.

– Не бойся, там по-разному можно пристроиться. Чем смогу – помогу в первое время. Я здесь в командировке. В кассу же стоят вновь прибывшие, у них пока нет денег. Они поэтому на самой низшей ступени адского общества. Для них билеты отпускаются бесплатно, но в общей очереди. Подожди меня немного.

После этих слов Иван стал снова смело пробиваться сквозь толпу. Через несколько минут друзья с двумя долгожданными билетами на руках отправились на поиски своей платформы.

– Не верь ты в наивные сказки наших темных предков о котлах со смолой и кипящих там грешниках, – начал Иван, – У нас здесь истинная свобода и демократия, которой можно пользоваться и наслаждаться в полной мере.

– Пока не заметил. Ну, ладно… Тогда Рай для кого?

– Другие у них радости. То, что приемлемо там, совершенно негодно здесь. Такие, как мы с тобой, при жизни накапливали земное, а туда ушли те, кто, как говорится, – «не от мира сего». Ты думаешь, что, оказавшись в Раю, ты не захочешь сам убежать оттуда, придя к убеждению, что это место не для тебя? Все относительно. Если ты любишь плотские удовольствия, нажил мастерство достигать любой ценой поставленной цели, если верх блаженства для тебя – видеть свою победу, если ты любишь власть, неужели полагаешь, что Рай тебе все это предоставит? Как бы не так.

– Неужели здесь я сразу получу власть?

– Нет, конечно. За нее придется побороться.

– Интересно. Прямо-таки, заставил ты меня взглянуть на ад по-новому, – иронично бросил Вадим.

За разговором друзья не заметили, как подошли к длинной галерее с бесконечными выходами на перрон.

Над черным глянцевым перроном висело некое летающее устройство, по форме напоминающее огурец. Двери его были открыты, спущен трап, на котором стоял человек в черном балахоне. Рядом толкалось множество людей. Все они обращались к проводнику с единственной просьбой: «Мы не успели на свой рейс. Возьмите нас до Министерии». На это незнакомец холодно отвечал: «Ваши билеты недействительны, приобретайте другие. Кто хочет без билетов – платите наличные по двойной цене». Однако у вновь прибывших денег не было, и они уныло отходили в сторону. Иван показал билеты – их пропустили.

Наши счастливцы устроились в удобных креслах. Вадим с удивлением обнаружил, что огромные прозрачные иллюминаторы летающего «огурца» не были видны снаружи. Однако он промолчал, так как перестал всему удивляться. Внутри салона было достаточно светло. Свет, казалось, излучали сами стены. Вокруг не было видно никаких предметов. Кресла словно парили в каком-то белом пространстве, как в молоке. Отчетливо виден был только иллюминатор и сидящий рядом сосед. Вскоре, без всяких объявлений аппарат отчалил от платформы. Постепенно удалялись люди, вокзал. За окном замелькали, приближаясь и удаляясь, звезды. Затем они исчезли из поля зрения вовсе, и мир за иллюминатором погрузился в кромешную тьму. Неизвестно сколько прошло времени, когда откуда-то сверху раздался отчетливый голос: «Уважаемые господа, вновь прибывшие. Желаем вам вечного счастья, материального изобилия, удовольствий без ограничений в нашей стране абсолютной свободы и демократии. Наслаждайтесь». Вскоре в иллюминаторе засиял особый, непривычный свет, чем-то напоминающий косые лучи солнца на крайнем Севере. Затем взору Вадима Николаевича предстал ландшафт, вполне похожий на земной, но какой-то мрачный. Началось снижение. Постепенно стал вырисовываться черный, блестящий перрон, похожий на тот, с которого отправлялись. Аппарат плавно опустился, друзья вышли. На здании вокзала красовалась надпись: «Министерия». Друзья вошли в зал ожидания. К удивлению Вадима, здесь не было ни души.