Ксения Никонова - Я и мой король

– Ну, Ольга батьковна, рассказывай свой коварный замысел.

Я вполуха слушала подругу, а сама посматривала на Мишку: видный такой получился. Еще несколько дней назад я бы стала пытаться привлечь его внимание и, пожалуй, согласилась спеть на свадьбе только ради возможности побыть рядом с ним. А теперь… А что теперь? Мне стало страшновато заглядывать в себя. Ну хоть перед собой-то я могу быть честной? С чего я так взбесилась, увидев Дэна с библиотекаршей. Ведь он честно обозначил свое отношение ко мне. Я что…

– Маша, ты где витаешь? – Мишка помахал у меня перед глазами. – Третий раз спрашиваю: попробуем сейчас спеть? У Оли уже фонограмма есть.

Я поняла, что прослушала все, о чем говорила подруга, смущенно улыбнулась:

– Извините, задумалась. Так какую песню ты, Оль, предлагаешь? – В этом месте в голове четко прозвучали Ольгины слова. На автомате я сама себе ответила. – Песня «Дуэт», которую исполняет Алсу с Александром Шевченко. А-а, классная песня. Давай попробуем.

Мои друзья удивленно переглянулись и уставились на меня.

– Маша, ты как-то странно сама с собой разговариваешь.

– Да это так, игры разума. Хотите фокус? – Я решила пошалить.

– Хотим, а что за фокус? – поинтересовался Мишка.

– Сейчас продемонстрирую. Оль, тащи книжку какую-нибудь или журнал.

– Какую? Большую, маленькую? – решила уточнить подруга.

– Любую.

Ольга пожала плечами, вышла и через минуту принесла книгу большого формата: «П. Чайковский. Времена года»:

– Пойдет? Это девчонок, соседок моих.

Хм, ноты. Я покосилась на них и махнула рукой – покатит.

– Вот смотрите. Выбирайте любую страницу, а я посмотрю на нее ровно одну секунду и в подробностях расскажу, что было на этой странице. Можете задать любые уточняющие вопросы.

Ребята пожали плечами и наугад раскрыли том. Я взглянула на разворот:

– Можете убирать.

– Ну и что дальше?

– Начнем с верха страницы: «Апрель. Подснежник». Сначала там стишок идет:

– Ну и что, ты этот стишок, может, и так знаешь. Ноты давай.

– Пожалуйста. Темп – подвижно и чуть свободно. Скрипичный ключ, си-бемоль, ми-бемоль, шесть восьмых. Из-за такта фа восьмая, потом четвертные соль с точкой, ля, восьмая си, следующий такт…

– Погоди, ты с середины.

– Под строкой «marcato la melodia». Басовый ключ, си бемоль, ми бемоль, соль с точкой, восьмые ми-фа два раза, потом ля-ми-фа, ми-фа, до, следующий такт…

– Стоп. Это же «Апрель». Ты, может, его наизусть знаешь.

– Теперь знаю эту страницу, – ехидно ответила я.

– Не, давай что-нибудь другое. – Мишка полистал ноты. – Вот тут.

Я взглянула на страницу:

– Готово. Откуда начать?

Мишка подозрительно взглянул на меня:

– Э-э, девоньки, а может, вы договорились?

– Нет, – одновременно ответили мы. А Ольга добавила: – Да мы со школы не виделись. Маш, а как ты это?

– Не, погодите, дайте-ка я сам книгу выберу. – С этими словами Мишка сходил в комнату и торжественно принес книгу: Станиславский. «Работа актера над собой». Не глядя открыл посередине и, едва я взглянула на нее, тут же выдернул из-под моего носа. – Читай. С третьего абзаца.

– «На практике перед нами встанет приблизительно такая программа: прежде всего вы должны будете по-своему представить себе все «предлагаемые обстоятельства», взятые из самой пьесы, из режиссерской постановки, из собственных артистических мечтаний. Весь этот материал создаст общее представление о жизни изображаемого образа в окружающих его условиях. Надо очень искренне поверить в реальную возможность такой жизни в самой действительности, надо привыкнуть к ней настолько, чтобы сродниться с этой чужой жизнью. Если все это удастся, то внутри вас сама собою создастся истина страстей или правдоподобие чувства…» – продекламировала я.

– Тэк-с, – протянул Мишка, – и в чем секрет?

Я пожала плечами:

– Никакого секрета. Я действительно запоминаю что вижу.

– О, что у меня есть! – расплылся в хитрой усмешке парень, ушел в прихожку и вернулся, с мерзкой ухмылкой протягивая мне обтрепанную книжку – «Камасутра». – Давай это.

Я залилась краской:

– Не буду я это читать. Мне нельзя… э-э… ненужные знания.

– Чего это – ненужные? – усмехнулся Мишка. – Самые что ни на есть нужные и важные.

– И потом, там же картинки сплошные…