Кирилл Мамонтов - Хронокорректоры

Роман и Георгий старались не высовываться, помня, что через широкие бойницы частенько влетают осколки, но иногда все-таки выглядывали и видели вспышки разрывов на вражеских кораблях. Несколько раз корпус «Игоря» содрогался от попаданий. Фугасно-зажигательные снаряды японцев плохо пробивали броню, но расшатывали стыки стальных плит и поражали осколками личный состав. В рубку то и дело докладывали о повреждениях, потерях и пожарах.

После двадцати минут перестрелки, когда противники сошлись на 30 кабельтовых, Макаров приказал поднять сигнал: всем бить по «Сикисиме». На головной броненосец японцев обрушился шквал металла, начиненного уплотненным пироксилином. Для хронокорректоров ситуация была знакома: такой же сосредоточенный обстрел в Цусиме быстро выводил русские броненосцы из строя.

За следующие четверть часа в «Сикисиму» попало не меньше семи двенадцатидюймовых снарядов и десятка три болванок среднего калибра. Благодаря бронебойным колпакам снаряды проникали сквозь стальные плиты и взрывались за броней. Огонь японского броненосца ослаб, стреляла лишь одна пушка в носовой башне и две шестидюймовки бортового каземата. На корме «Сикисимы» плясало пламя громадного пожара, трубы были снесены, корабль заметно кренился на борт.

– Перенести огонь на «Ясиму»! – приказал Макаров и пояснил, хотя все и так понимали важность этого боя: – Сегодня у нас появился прекрасный случай нанести врагу тяжелое поражение. Потомки не простят, если мы не сможем использовать подобную ситуацию.

– Потомки не простят, – искренне подтвердил князь Георгий.

Близкие разрывы вражеской шимозы подняли прямо по курсу стену пенящейся воды, закрыв обзор. Не обращая внимания на досадные мелочи, Макаров отдал новый приказ: «Князь Игорь» и отряд Рейценштейна добивают «Сикисиму», остальным же кораблям атаковать «Ясиму».

Перестроение выполняли неловко. Бубнов вывернул «Игоря» влево, огибая шедшего впереди «Цесаревича», который тоже переложил рули, выписывая разворот и продолжая бить кормовой башней в потерявшего ход «Сикисиму». «Иван Калита» и «Ретвизан» тоже меняли курс, нацеливаясь на сохранивший боевую силу «Ясиму». Последний тоже выполнил сложный маневр, временно укрывшись позади обреченного «Сикисимы». При этом «Ясима» метко пристрелялся по «Ретвизану», который тяжко пострадал в предыдущем бою. Получив несколько попаданий тяжелыми снарядами, первый в мире турбинный броненосец выкатился из строя, заслонив «Цесаревичу» трассу стрельбы.

Тем временем «Князь Игорь» практически в упор всаживал снаряды в легкий борт под носовой башней, после пятого залпа башня взорвалась, и броненосец заметно погрузился носом в воду. Макаров приказал бить в борт, чтобы подавить артиллерию среднего калибра, после чего был поднят сигнал к минной атаке.

Оба русских крейсера и восемь миноносцев бросились на «Сикисиму», который огрызался немногими уцелевшими пушками. На подмогу погибающему броненосцу метнулся легкий крейсер – позже оказалось, что это был «Касаги». По храброму малышу дружными залпами ударили «Князь Игорь» и «Аскольд», японский крейсер загорелся, но продолжал отстреливаться. В результате «Касаги» принял на себя две предназначенные «Сикисиме» торпеды, тогда как в броненосец попало не меньше трех самодвижущихся мин. Взрывами крейсер был переломлен пополам, и половинки быстро скрылись под волнами, а броненосец еще минут пять опрокидывался на борт, и японцы прыгали в воду. Наконец «Сикисима» перевернулся кверху килем и продолжал тонуть.

Тут внезапно стало понятно, что остальные противники куда-то подевались. Оказывается, броненосец «Ясима» с двумя крейсерами полным ходом уходили в открытое море, следом за ними медленно плелся и погружался в воду «Хатсузе», сопровождаемый подбитым в начале перестрелки крейсером. «Ретвизан» же, подняв сигнал «терплю бедствие», малым ходом уползал в сторону крепости, и Макаров приказал «Варягу» сопровождать подбитый корабль.

Остальные корабли кинулись в погоню, нагнали «Хатсузе», но вдруг на «Цесаревиче» забарахлили машины, и скорость броненосца упала до 12 узлов. Макаров страшно сердился, но преследовать большой броненосец двумя крейсерами не стал и приказал быстрее кончать подорвавшийся на мине корабль неприятеля. Вертевшийся поблизости миноносец сдуру бросился на русских, но был расстрелян и разлетелся на куски. Команды «Хатсузе» и «Акаси» застопорили машины, открыли кингстоны, спустили шлюпки и поплыли сдаваться в плен. Кто не поместился в шлюпках, добирались до русских кораблей вплавь. На передней шлюпке везли портрет императора Мэйдзи, он же Муцухито. Оба корабля затонули вскоре после ухода последних членов экипажа.