Кирилл Мамонтов - Хронокорректоры

– Общий итог трехдневного сражения – до пяти тысяч убитых у нас, и противник потерял не меньше, – сказал наместник. – И еще важное донесение сегодня доставлено. Иессен, продолжая крейсерство, встретил караван пароходов под охраной канонерской лодки. Лодку и три корыта наши потопили, причем одно судно под обстрелом взорвалось, как пороховой склад. Надо понимать, боеприпасы для артиллерии на том пароходе везли. Пленные выболтали, что две японские дивизии уже переправлены на острова Эллиот, теперь второй эшелон в путь отправился. О планах японцы молчат, но при тяжелораненом офицере нашли карту, из которой следует, что высадка десанта произойдет нынешним утром.

– Иессен вернулся без потерь? – полюбопытствовал Роман.

– Отряд лег на обратный курс, израсходовав уголь. Крейсера Камимуры показались на горизонте, но догнать не смогли… – Загудел паровоз, и Алексеев скороговоркой закончил: – Вы двое мне будете нужны в ставке. Поэтому возвращайтесь на квартиру, соберите багаж и следующим поездом отправляйтесь в Мукден.

– Через два часа пойдет эшелон, – немедленно доложил Эбергард. – Отвезет батальон из Артура к Бицзыво. Солдаты вылезут, а поезд пойдет дальше на север. Прошу, господа, наш состав тронется через минуту-другую.

Подворачивался удобный случай покинуть крепость, но хронокорректоры замялись, переглядываясь. Наконец Гога, как старший по званию, попросил Алексеева:

– Дозвольте, ваше высокопревосходительство, задержаться на день-другой. Мы с подпоручиком хотели бы присутствовать при отражении десанта.

Наместник пребывал в отличном настроении, к тому же эмпатизатор продолжал работать на последних крохах энергии мультифункционала. Благодушно махнув, Алексеев дал дозволение.

Паровоз посвистел, эшелон дернулся и отправился на север. Все полтора часа до ближайшего к Бицзыво полустанка Роман и Георгий внушали наместнику держать Куропаткина за глотку и не позволять нерешительному главнокомандующему вписывать в приказы пункт об отступлении.

Незадолго до шести они спрыгнули с вагонной подножки на темной станции Пуандян. Кроме нескольких сонных железнодорожников здесь имелся десяток столь же заспанных забайкальских казаков-бурятов. По-русски с грехом пополам разговаривал только немолодой урядник. На вопрос, где тут Бицзыво, казак без слов показал рукой на едва начавший светлеть восток.

– Как туда добраться поскорее? – нетерпеливо спросил Рома.

– Подождать надо, ваше благородие. – Урядник зевнул. – Может, будет оказия. У меня лишних лошадей нет, однако. Двадцать верст по сопкам вы ночью не прошагаете.

– Вот это попали, – взвыл Гога.

Делать было нечего. Полчаса они слонялись в окрестностях станции, матерясь и ежась от холода. Небо над сопками в восточном направлении непреклонно светлело. Вскоре, когда совсем рассветет, японские транспорты приблизятся к берегу и начнут высаживать десант, а они, как два придурка, застряли в дикой степи. Озвучив все известные богохульства и придумав много неслыханных прежде непристойностей, хронокорректоры решили отправиться в путь пешком, едва лишь станет возможно разглядеть дорогу.

– Хорошо хоть позавтракали с наместником, – сказал Роман. – А то бы еще с голоду подохли, не дождавшись японской пули.

– Скорее, снарядом нас положат, – оптимистично уточнил Георгий. – Смотри, к нам солдат идет.

– Солдат без винтовки, к тому же идет из степи. Наверное, нужду справлял.

Солдат подошел поближе и негромко прошипел:

– Вы кто – люди или дураки? Немедленно ко мне!

– Ты как со старшими по званию разговариваешь, скотина?! – рявкнул рассвирепевший князь Гога. – Представься как положено! Ох, не может быть…

Рома тоже узнал нежданного знакомца и радостно воскликнул:

– Карло!

– Вы все-таки дураки, а не люди, – раздраженно сказал звездолетчик. – Конечно, это не я. Даже вы могли бы понять, что я сам остался в катере, а на поверхность выпустил трансформера с моим обликом. Куда вас занесло, что вы тут натворили? Почему ваши мультифункционалы разряжены до нуля? Мы даже не смогли с вами связаться, пришлось импровизировать, экспедицию за вами посылать!

Катер стоял буквально в двух шагах. По дороге хронокорректоры сбивчиво, придумывая на ходу объяснения, оправдывались. В их изложении получалось, что, оставшись одни, без контакта с «Мечтателем», они решили дополнить хронокоррекцию новыми изменениями реальности.

– Теперь ситуация безусловно должна выправиться к лучшему, – уверял Гога.