Андрей Курков - Садовник из Очакова

Промаявшись без дела несколько часов в доме Вани, Игорь без труда вернулся в оговоренное с Валькой время к парку возле базара. Прогулялся по заасфальтированным аллеям, вдохнул пахучей приморской осени, покосился на проходящих мимо, погруженных в свою жизнь и в свои мысли очаковцев. Потом присел на третью скамейку от начала аллеи со стороны базара. Осмотрел свою гимнастерку, бросил взгляд на чистенькие, словно только что выглаженные галифе, на сапоги, которые казались теперь удивительно удобными, будто бы сделанными «по ноге» опытным сапожником. «Они ведь были на пару размеров больше?!» – вспомнил Игорь. Вспомнил и пожал плечами. То, что размер сапог уменьшился, было не самым удивительным в происходящем с Игорем в последнее время. Самым удивительным было то, что он «пришел» в 1957 год на свидание с замужней женщиной, базарной торговкой, от которой, наверное, и ночью пахнет рыбой. С женщиной красивой, молодой, рыжеволосой, обладающей заметной чертовщинкой и в характере, и во взгляде.

Игорь бросил взгляд в сторону базара. Пока смотрел, левая рука вытащила из кармана золотые часы. Игорь открыл защитную гравированную пластину. Часы показывали шесть. Правая ладонь прошлась по выпиравшей из правого кармана галифе пачке сторублевок.

«Куда бы с ней пойти?» – задумался Игорь. Деньги не давали ему покоя. Ведь реально он мог потратить эти деньги только здесь, только сейчас. Там, то ли наверху, то ли внизу – бог его знает, где сейчас физически находится его время, его 2010-й год, – все эти бумажки, может, и стоили каких-то денег, но купить за них можно было бы только улыбку продавца, да и только, если тот обладал чувством юмора.

Мимо важно «проплывала» женщина в довольно элегантном ратиновом пальто мышиного цвета с поднятым воротником.

Она остановилась, посмотрела на милиционера приветливо, с улыбкой.

– Как там Петр Миронович? – спросила она.

Игорь растерялся на мгновение. Но только на мгновение.

– У него все в порядке, – сказал, отвечая женщине тоже приветливой улыбкой, за которой спряталось внезапное напряжение, боязнь, что сейчас последует еще какой-нибудь вопрос.

– Передавайте ему привет от Ирины Владимировны, он нам обещал прислать кого-то, чтобы перед детьми выступить…

– Я передам, – пообещал Игорь.

Дама в ратиновом пальто продолжила свой путь, и Игорь, глядя ей в спину, вдохнул полную грудь воздуха.

«Начальник милиции, что ли, этот Петр Миронович?!» – подумал он и поднялся на ноги.

Снова прошелся по аллее. Оглянулся. Рыжей Вальки, как ее называл Ваня Самохин, все еще не было.

Настроение, состояние ожидания праздника, свидания стали потихоньку угасать в Игоре. Сменяться нервозностью.

«Еще два раза пройдусь по аллее и – назад», – решил он.

И, развернувшись, зашагал неспешно в сторону базара. Аллея вдруг показалась ему слишком людной. Навстречу шли два армейских офицера, за ними – еще какие-то люди. Офицеры на ходу, разговаривая, отдали ему честь, на что он козырнул в ответ. Козырнул так четко, словно делал это каждый день и много лет подряд. Сам себе удивился.

– Вы как будто бы не рады? – остановилась перед ним неожиданно женщина в платке. Ее глаза показались удивительно знакомыми.

Игорь посмотрел ей в глаза и расплылся в улыбке.

– Вы так замаскировались! Не узнал! Извините!

– А мне маскироваться легко, – рассмеялась торговка рыбой. – Волосы спрятала под платок, и всё – никто меня не знает, никто не видит. А если не спрятать, то у всех на виду… Присядем? – Она кивнула на ближайшую скамейку. И сразу, поправив свое бежевое пальто, достававшее до колен, уселась.

– Я боялся, что вы уже не придете, – признался ей Игорь, закидывая ногу на ногу.

– А вы сегодня кого-нибудь арестовали? – шутливо спросила Валя.

Игорь отрицательно мотнул головой.

– Не люблю арестовывать, – сказал он, вторя ей шутливой интонацией. – Вас бы с удовольствием арестовал, но только для себя лично!

– Экий смельчак! – она усмехнулась снова. – И куда же вы меня, арестованную, денете?

Игорь пожал плечами.

– Не в тюрьму, конечно!

– И на том спасибо! Вы давно тут у нас, в Очакове?

– Нет, наездами… в командировке…

– А, вот почему вы такой смелый! Командировочные – они всегда смелые, только не у себя в городе! Это я знаю! Были бы очаковским, сто раз бы подумали сначала перед тем, как со мной заговорить…

– А что, вас очаковские милиционеры боятся?

– Не меня. – Валя поправила платок и засунула обратно под него локон рыжих волос. – А моего характера! Я-то что, женщина как женщина!