Вероника Мелан - Бернарда

Рэй Хантер – картограф.

Он, наконец, появился на четырнадцатом Уровне, вернувшись из разведывательного тура. Из-за скопления широких плечей и разлапистых курток я никак не могла рассмотреть его, а потому попробовала протиснуться вперед. Было любопытно увидеть еще одного члена собственного отряда.

– Канн, старина, ты все такой же здоровый! Как жизнь?

– Да, ничего.

– Ты как раз вовремя, заждались уже.

Толкотня и возбужденный гомон разительно контрастировали с моим утренним хмурым настроением, основательно подпорченным бессонной ночью. Чужая радость заставляла морщиться.

– О! Мак! – раздался незнакомый баритон, – дай-ка пожать твою лапу!

Чейзер, улыбаясь, как Чеширский кот, с удовольствием хлопнул по плечу рослого брюнета, которого я наконец – то смогла увидеть, но пока только сзади. Темные волосы, короткие сверху и на висках, но подлиннее у воротника, серый шерстяной свитер, черные джинсы. Крутой разворот плечей, тугой, судя по всему, зад, на который я обратила внимание только потому, что слишком долго любовалась тыльной стороной новоприбывшего коллеги.

Протиснувшись мимо Эльконто, я почти вплотную подошла к новенькому.

– Не терпится взглянуть на хорошенького Рэя? – подмигнул Дэйн. – Ага, он ничего!

– Дать бы тебе по шее… – прошипела я.

– Ой! – притворно прикрылся руками белобрысый здоровяк. – Наша мисс проснулась в отвратительном настроении? Кофе забыла выпить?

В этот момент, привлеченный нашим диалогом, повернулся Хантер. Цвет его глаз заставил меня на мгновенье застыть – зеленый, темно-зеленый, какой бывает у свежей листвы, застывшей в тени солнечного дня. А в купе с густыми черными ресницами это смотрелась сногсшибательно. В остальном же Дэйн был не прав: этот тип хорошеньким не был. Упрямая линия рта и подбородка, покрытого темной щетиной, твердила о том, что долгие споры с субъектом бесполезны. Едва заметная горбинка на носу – утолщение на кости, неверно сросшейся после перелома, – была признаком любителя пускать в ход кулаки; смешинки в глазах заявляли о наличии чувства юмора, а широкий разлет бровей о том, что через штабеля дам их обладателю приходилось переступать ежедневно. Оттуда, наверное, и накачанные ноги.

– Я – Рэй Хантер, – самоуверенно подмигнул мне брюнет. – И у нас наконец-то появилась секретарша? Хорошенькая. Мне тоже кофе, пожалуйста. Черный, без сахара.

И этот нахал отвернулся, чтобы поприветствовать подошедшего Баала. Я скрипнула зубами настолько ощутимо, что едва не натерла с них костяного порошка. Эльконто, стоящему рядом, пришлось заткнуть рот двумя руками, чтобы раскатистый гогот не сотряс весь Реактор.

Бусины на косичке колотились друг о друга в такт широким подрагивающим плечам.

Ах так?

Вместо того чтобы обидеться на всех мужчин планеты, я хмыкнула и улыбнулась собственным мыслям. В Реакторе никогда не водилось кофейных автоматов – об этом знали все. Поэтому кофе взять было негде. Тем лучше.

Закрыв глаза, я с наслаждением представила интерьер кофейни, находившейся неподалеку от здания Комиссии в конце улицы, и прыгнула туда.

В утренний час просторный зал пустовал, но в воздухе, лаская ноздри, плавал аромат свежемолотых зерен и корицы. Я с удовольствием втянула густой и пряный после стерильного Реактора запах и направилась к кассе.

– Мне два кофе, пожалуйста. Один черный и один Гранде с молоком.

Продавец улыбнулся и кивнул, принявшись возиться с автоматами. Если он и удивился моему внезапному появлению за спиной и в легкой одежде, то виду не подал.

Как только заказ был готов, я расплатилась и подхватила кофе. Вовремя вспомнив, что прыгать в Реактор – та еще задачка, сосредоточилась не на кабинете (который обязательно бы куда-нибудь уплыл из-под носа), а на красном от натуги сдержать смех лице Эльконто.

Так, сколько прошло времени? Около минуты? Отлично…

Закрыла глаза – шум кофейной машины и тихая музыка уплыли в сторону, окружение снова наполнилось мужским гомоном.

– Ваш кофе, сэр.

Я намеренно нагло постучала Хантера кончиком пальца по спине. Тот обернулся, посмотрел на два стакана в моих руках и застыл. Видимо, в понимании проницательного брюнета я едва бы успела пробиться к двери, не говоря уже о том, чтобы выйти на улицу. Удивление в зеленых глазах было столь очевидным, что я возликовала.

В этот момент смех Дэйна все же прорвался наружу и сотряс стены. А следом за ним, глядя на Хантера, хохотать начали все. Тот нервно дернул плечом и окинул взглядом друзей.