Вероника Мелан - Дрейк

Я не удержалась, заглянула внутрь и покачала головой, впечатленная результатами труда новой кухарки и смущенная тем, что скорее всего не найду времени, чтобы это все съесть вовремя. Полки ломились под тарелками различных форм, затянутых в целлофановую пленку, составленными одна на другую.

И это называется диетой? Да тут гостей можно с улицы вести, всем хватит….

Наскоро сооружая чай, я думала о том, что в моей кухне орудует женщина, которую из-за нехватки времени я до сих пор почти не знаю, и о том, что хорошо бы отыскать ее телефон и дать ей назавтра выходной. Зачем еще готовить, если уже ставить некуда?

Но эти мысли текли на заднем плане, бесформенные, как клочки тумана. А основной, главенствующей была совсем другая: не спит ли Дрейк? И ответит ли на один единственный вопрос? Не сочтет ли, что еще рано ?

Руки дрожали. Попробовать все равно нужно. Идея о том, чтобы забрать кота и как можно скорее перебросить его в Нордейл, окончательно сформировалась в голове. Ждать нельзя – на улице опасно и становится все холоднее, ночами подмораживает далеко не по-осеннему. Ярко и во всех деталях представились жмущиеся под себя от холода грязные белые лапы – в горле встал комок.

Схватив чай, я направилась в гостиную.

Ноутбук неторопливо загружал операционную систему, тихо потрескивая жестким диском. Я рассеянно смотрела за окно, где солнце уже скрылось за горизонтом, а небо налилось густым синим и фиолетовым. Комната неумолимо погружалась в сумерки, с которыми в меру своих сил боролась единственная зажженная возле дивана лампа.

И опять другая книга, другая история: теперь люди ходят здесь, но не ходят «там», солнце прокатывается по горизонту за этим окном, за другим висит на неопределенный период застывшая ночь. Интересно, зачем здесь солнце, если нет планеты, а есть плоский Уровень? Хотя как еще освещать круглую или плоскую поверхность, если не солнцем? Людям ведь нужен свет, какое им дело до формы планеты…. Или как они тут называют пласт земли.

Тряхнув головой, чтобы избавится от Алисоподобных размышлений «едят ли кошки мошек», я посмотрела на экран. На нем, застыв черным прямоугольником, висело окно; по спине тут же прополз холодок.

Спокойно. Без паники?

«А что если Дрейк не ответит? Что тогда?»

СПОКОЙНО.

Нужно задать правильный вопрос, и тогда Дрейк обязательно ответит. А затем надо как можно скорее прыгать обратно, чтобы ухватить остатки четырех дней в родном мире, в которые необходимо включить выполнение второй части домашнего задания и поиск кота.

Курсор мигал. Я, застыв в одной позе, напряженно смотрела в компьютер и никак не могла правильно сформировать вопрос. Потом решилась.

«Дрейк. Я знаю, что, возможно, забегаю вперед, но очень прошу ответить на такой вопрос: какая главная опасность заключается в переносе живых объектов из точки „а“ в точку „б“? В чем основная сложность? Заранее спасибо».

Как только последний символ был напечатан, а сообщение отправлено, я, не в силах сдержать нервную дрожь, соскочила с дивана и принялась метаться по комнате, не отрывая глаз от экрана.

«Только ответь, только напиши, только окажись дома, только не сочти, что еще рано….». Через какое-то время, устав от беготни, я останавливалась и застывала, пристально гипнотизируя черное окно.

Так прошло около пяти минут.

«Напиши-напиши-напиши….»

Экран был пуст.

Мое сообщение сиротливо, будто одинокая дама, не дождавшаяся кавалера, сиротливо висело сверху неотвеченное.

Текли минуты, равномерно ходил из стороны в сторону маятник на каминных часах; по улице проехала машина.

Нет ответа.

Я села на диван, обхватила себя за плечи и стала раскачиваться взад-вперед.

«Ну, давай же, Начальник…. Не промолчи, когда очень надо….»

Еще одна минута, вторая, третья…. Ответ все не приходил. Наваливалось отчаяние. Выждав еще какое-то время, я закрыла глаза и обратилась внутрь себя, пытаясь вызвать в памяти лицо Дрейка. Как только знакомые черты более-менее прорисовались в воображении, я мысленно произнесла:

«Дрейк, я задала один вопрос, мне очень важен ответ. Пожалуйста, ответь, если можешь».

На секунду, всего лишь на секунду показалось, что серо-голубые глаза прищурились, будто пытаясь понять, что за муха меня укусила, заставляя с такой срочностью прояснять моменты по еще не пройденной тематике, потом лицо Дрейка исчезло, кивнув напоследок.

С глухо колотящимся сердцем я открыла веки.