Борис Царегородцев - Арктический удар

Да, Гурин прав, с его приборами обнаружения он мог бродить над подводными лодками до следующего ледникового периода. Между тем лодки были совсем рядом. Лежали на грунте в каких-то четырех-пяти милях от входа в пролив и ничем себя не выдавали.

Самая ближняя к проливу подлодка U-216 пару раз всплывала под перископ, когда поблизости не было русских кораблей. Карл Отто Шульц дожидался, когда на море опустится темнота и он предпримет попытку проникновения в пролив. Они подошли сюда, когда в дозоре находилось два траулера, которые и сменила эта парочка. Хотя сами эти вооруженные траулеры далеко не ушли, а встали на якорь в самом проливе, под берегом. У командира U-216 было самое опасное задание – выставить незаметно мины в проливе, у двух других подлодок был приказ – до выхода «Шеера» или прихода крупных кораблей союзников себя не обнаруживать.

«Как проникнуть незаметно, когда здесь все время крутятся русские корабли, – рассуждал Отто Шульц. – Да и глубины тут маленькие, ближе пары миль к проливу не подойти, как только я начну двигаться, велика вероятность, что меня засекут».

Лодка начала движение к проливу через два часа после того, как на море опустились сумерки. Двигались самым минимальным ходом, каждый раз замирая, когда противник подходил близко. Оставалось пройти менее мили до точки, где можно было бы начать постановку минного заграждения. Вдруг эсминец, находившийся по левому борту, на удалении четырех кабельтовых, резко повернул в их сторону и увеличил скорость.

– Стоп моторы, тишина в отсеках, – скомандовал Отто Шульц.

Все стали прислушиваться к шуму винтов, который должен раздаться над головой при приближении корабля русских.

– Есть контакт, прослушиваются шумы винтов справа, предположительно подводная лодка противника, удаление четыре – четыре с половиной кабельтовых, – поступил доклад на мостик «Гремящего».

– Право руля, полный вперед, боевая тревога, приготовится к бомбометанию. Передать на «Сапфир», что преследую подлодку, – распорядился Гурин.

«Гремящий» стал поворачивать направо, увеличивая скорость. Подходя к предполагаемой точке нахождения подлодки противника, корабль начал бомбометание.

– Первая пошла, вторая пошла, – раздавались команды через определенный промежуток времени.

То с левого, то с правого лотка бомбосбрасывателя по заданному интервалу времени в море падали бомбы. Проскочив предполагаемую точку, эсминец пошел на разворот, чтобы повторить еще одну атаку. После повторной атаки Гурин приказал снизить скорость до самого малого, чтобы акустик мог прослушать водную толщу на шумы. Но лодку не было слышно, похоже, она затаилась. К этому времени к эсминцу подошел «Сапфир» и тоже подключился к поискам. Оба вооруженных траулера снялись с якоря и заняли позицию посреди пролива.

U-216 затаилась на глубине, не подавая признаков жизни. Две бомбы из восьми сброшенных взорвались довольно близко, но не настолько, чтобы получить повреждения. «Если по нам отбомбились, значит, русские нас услышали и теперь будут сторожить. Вот бы нам помогли эти трусы, что лежат неподалеку, и отвлекли на себя этих русских. Тогда я успел бы вывалить мины перед проливом на предполагаемом маршруте кон воев. Возможно, кому-то не повезет и он наскочит на мою мину», – размечтался Отто Шульц.

Командир «Гремящего» решил еще раз пройтись над местом, где затаилась подлодка, в паре с «Сапфиром». И вот «Гремящий» и чуть позади него, но уступом вправо «Сапфир» пошли опять прочесывать море глубинными бомбами. Развернувшись на обратный курс, корабли застопорили ход, прислушиваясь к шумам с морских глубин. Похоже, акустик с «Гремящего» что-то услышал в водной толще.

Командир U-216, дождавшись, когда русские начнут бомбометание, решил поменять свое место под грохот разрывов. Он знал, что в таком грохоте его не слышно, надо быстрее покинуть это место и попытаться оторваться от русских. И как только первая бомба взорвалась, лодка сорвалась с места и пошла ближе к берегу. Шульц понадеялся, что именно здесь его не будут искать.

– Шум винтов справа двадцать, удаляется в сторону берега, – сообщили на мостик эсминца.

«Гремящий», а следом и «Сапфир», повернув к берегу, пошли по следу лодки, производя бомбометание. Лодка часто меняла направление движения, и скорость, и глубину, но русские вцепились мертвой хваткой, пресекая любую попытку опять исчезнуть в безмолвном море. К русским подошел еще один корабль, который также подключился к компании по загону лодки. Отто Шульц понимал тяжесть своего положения. Его могло спасти только чудо. И это чудо пришло в виде подлодки U-256. Ее командир проигнорировал приказ не раскрывать себя. Но, видя, что русские основательно взяли в оборот его собрата и в скором времени его помощь уже не понадобится, решился подойти поближе и стряхнуть русский эсминец с кормы U-216.