Борис Царегородцев - Арктический удар

Поговорив еще немного о делах насущных, я распустил команду, а сам направился к себе в каюту, прихватив старпома и штурмана.

– Ну, друзья-товарищи, что будем делать? У нас и правда не останется торпед после этого рейда, и в последующем нам нечем будет воевать здесь. Я не хотел так рано вступать в контакт с нашими предками, но, видимо, придется. Думал, протянем до ноября, но мы так лихо начали, что расстреляли почти весь боезапас, а пополнить его мы можем только у своих.

– Командир, я не понял, почему до ноября.

– Сан Саныч, ты же помнишь о «Сокрушительном», я и хотел, после того как он останется один, спасти оставшихся моряков. С ними мы вступили бы в контакт, после чего, имея такой козырь и свидетелей, – с командованием.

– Не проще ли предупредить, чтобы корабли не выходили в море, переждали шторм в порту.

– Предупредить-то можно, но корабли выйдут на охрану конвоя, а мы знаем, что в штормовую погоду авиации затруднительно летать, – надеясь на это, они рассчитывают проскочить опасный район. Ладно, что-нибудь придумаем, еще три месяца в запасе, как говорится, время терпит.

– Как будем выходить на контакт?

– Вот над этим, Петрович, давай и подумаем.

– Я думаю, надо обозначиться и, возможно, перед полярниками на Новой Земле.

– Как ты это представляешь?

– На месте что-нибудь придумаем.

– Хорошо, отложим этот вопрос до лучших времен.

Обговорив все запланированные дела и попив чайку, мои товарищи направились по своим делам. Прошло два часа с тех пор, как мы прошли мимо острова Белый. Гидроакустики засекли три подводные лодки в районе восточного побережья Новой Земли, причем одну из них в районе острова Вилькицкого. Это, похоже, наша цель. Третья находилась недалеко от северной оконечности Новой Земли.

– Пал Василич, сколько миль осталось до второй цели?

– Около ста миль, более шести часов хода с этой же скоростью.

– Наблюдайте за целью и обо всем, что происходит, докладывайте.

– Командир! А нельзя ли, пока есть время и нет свидетелей, всплыть и подышать свежим воздухом. Позагорать, – предложил наш доктор. – А то экипаж два месяца без солнца.

Доктора поддержали еще несколько голосов.

– Хорошо, – ответил я, немного подумав. – Давайте подышим свежим воздухом. Петрович, разобьешь команду на партии по двадцать человек – и наверх, минут на пятнадцать, пусть подышат. Операторы, проморгаете хотя бы чайку или тюленя, оторву голову и скажу, что так и было. Всплытие!

Исполинская подлодка покачивалась в холодных свинцовых водах Арктики. Таких лодок пока эти воды не видели, а вот в будущем они будут постоянными гостями. За два с половиной часа, пока лодка медленно двигалась к своей цели, на верхней палубе побывал весь экипаж, а некоторые, наиболее ушлые, и по второму кругу успели отметиться.

– Хорошо-то как, – втягивая полной грудью прохладный воздух, восхищался наш доктор, – так бы дышал и дышал, а то в этом склепе воздух такой вязкий, что в легкие не проходит.

– А ты его пальцем проталкивай, – пошутил Саныч.

– Ты вон на нашего камрада посмотри, почти два месяца взаперти просидел, не привыкши долго находиться под водой. Вот кому свежий воздух нужен.

– Выглядит бодренько, только маненечко позеленел. Ничего, сейчас свежачком подышит, щечки и порозовеют.

– Саныч, ты что, хочешь, чтобы все так выглядели, огурчиками? Забыл, наверное, что треть экипажа тоже впервые так долго находится под водой.

– И что ты предлагаешь, чтобы мы из подводной лодки превратились в ныряющую? Или всплывать каждый день за свежим воздухом. Ты спроси у нашего немца, где ему лучше дышится, на своей лодке или у нас. Тебя хотя бы на сутки в их лодку засунуть, ты бы понял, где воздух вязкий и чем он там пахнет. А вот мне пришлось в моей курсантской юности проходить практику на шестьсот сорок первой. Это, конечно, не немецкая «семерка», но тоже не фонтан.

– Ну все, надышались сладким воздухом России, это вам не XXI век, а век ХХ, и воздух здесь на порядок чище. Так, сделали еще по глубокому вдоху и спускаемся вниз, – объявил я.

– Командир, может, еще с пяток минут побудем.

– Князь, если тебе мало, возьми в ладошки и неси в каюту. Петрович! Погружение.

И опять мы под водой, наша цель – подводная лодка противника. Три часа в замкнутом пространстве тянулись очень долго. Наконец эта пытка временем закончилась.

– Расстояние до цели?

– Одиннадцать миль.

– Оба Сережи, проверьте все досконально, чтобы без сбоев, и через десять минут доложите.