Владимир Кучеренко - Серая эльфийка

– Ну так это же, наоборот, героический поступок, – не понял мать Вотар.

– Он их потом съел. Люди видели, как он закапывал человеческие черепа и кости.

– Что?!

– А в пятидесятых, когда за ним ночью по чьему-то доносу приехал черный воронок НКВД, исчезли все, кто там сидел. Машину потом нашли в овраге за полсотни километров отсюда. Наполовину сожженную, наполовину в крови. Люди боятся того, чего не понимают. Вот откуда он всегда знал, что пойдет дождь? Как обходится без электричества? Или почему так долго живет. Ведь если верить старожилам, бурят появился у нас в тысяча девятьсот сорок втором году. И уже тогда был стариком. Сколько ему сейчас?

Однако с другой стороны, если с кем хворь какая приключалается, колдун не отказывает в беде и делится знахарскими отварами. Хотя и сам сторонится людей и постоянно уходит в лес за травами да кореньями.

– И что шаман? Помог? – спросила я.

– Увидев девочку, бурят обеспокоенно залепетал что-то на своем языке. Выхватил корзинку, унес в дом и велел никому не входить.

С каждым часом ожидания иллюзии таяли. Я понимала, что дочка обречена. Крики колдуна иногда доносились до ушей собравшейся толпы зевак. Зайти во двор они не решались, поэтому, разинув рты, висели на заборе. А я, сгорбившись от бессилия, одиноко стояла на крыльце и молилась. Потом сквозь стекла окон мы увидели яркую вспышку. Шаман вышел со свертком в руках.

«Ну что?» – сжав в кулак блузку на груди, спросила я.

«Теперь с девочкой все будет хорошо, – ответил колдун. – Она уже в другом мире, где ей не страшны земные болезни и проклятия».

Я зарыдала. А бурят не позволил никому смотреть и прикасаться к телу мертвой. Слишком мощный сглаз. До сих пор не пойму, кто и за что так нас возненавидел.

Шаман сам отнес завернутую в одеяло дочку к нам домой. Затем прокурил какими-то благовониями весь двор. Изгоняя нечистых, постоянно стучал в бубен и пел непонятные заклинания. Потом помог отцу сколотить гробик. Опять сам обмыл девочку в святой воде и заколотил крышку, чтобы «шайтан не смог овладеть ее душой».

Екатерина Петровна заплакала. Сергей кинулся ей в ноги:

– Мама, извини, что заставил тебя вспомнить это. Не плачь, пожалуйста.

– Девочка моя, прости меня, если сможешь. Если есть моя вина, если и я чего-то недоглядела, – сквозь слезы обращалась женщина к умершей, устремив глаза вверх. – Прости, прости меня. Малышка моя! Цветаночка моя! Доченька!

Сергей

И тут я вспомнил, что Крайтис нашел Цветаниэль в корзинке с лепестками роз. Вмиг стало понятно, почему светлая эльфийка так похожа на Светку. Магичка тоже догадалась.

– Мама! Мамочка моя! Родная, любимая, не плачь, – прильнула сестра к маме и заревела.

Обняв обеих, я сам едва сдерживал слезы.

«Братик, – мысленно обратилась ко мне Цветана, – давай расскажем, кто я».

«Нет, сестренка. Не сейчас. Мама сразу же начнет переживать за Светку. Вот вернем ее, тогда и обрадуем родителей».

«А я думала, после двадцати прожитых веков меня уже ничем не удивишь», – поглаживая ладонями наши головы, сказала Теона.

«Честно говоря, сам в растерянности. Но как такое возможно? Она же эльфийка, а не человек».

«Крайтис, после того как нашел малышку, применил заклинание абсолютного выздоровления. Но так как на Пангее светлокожих людей нет, то принял ее за эльфийского ребенка. И естественно, в формулу вплел узоры своей расы. Так ушки и появились», – объяснила Теоларинэ.

«Серый, это действительно происходит со мной? Неужели я нашла маму, папу, близняшку и такого замечательного брата? Какое счастье! Если бы вы знали, как мне вас не хватало».

Подумать только, а я ведь и сам не раз мечтал еще об одной сестренке!

Найденова Липа

Либо золотой жук действительно волшебный и исполнил загаданное желание. Либо мой поступок удивил, но в то же время не был в этом мире чем-то из ряда вон выходящим. Либо случилось что-то третье.

В Заозерье меня встречали как героиню. Всей деревней вышли поглазеть. Бабы выкрикивали: «Молодец, девка! Так им и надо, а то совсем распоясались». Мужчины одобрительно кивали и хлопали по спине, приговаривая: «Ежели еще кто обидет, говори нам». Девушки немного сторонились и молчали. Парни пожирали меня влюбленными глазами. Народ расступался, пропуская меня, а следом шагала целая колонна детишек.

Вот и отец. Внимательно осмотрел меня, обнял, а потом объявил всем:

– Как только Йурен вылечит негодяев, они будут направлены на службу к барону. Там хозяйская плеть быстро дурь из башки выбьет. От нашего поселения как раз пора предоставить рекрутов. Пусть вкусят прелести солдатской жизни и почувствуют разницу, если здесь спокойно не живется.