Владимир Кучеренко - Серая эльфийка

– А вот тут самое интересное! – снова повысил я голос и ознакомил совет со следующей с цитатой: – «Дабы не обрушивать на светлый народ гнев Сеющей смерть, требую немедленной передачи преступников с целью показательной казни. В противном случае мы не сможем долго удерживать королеву клинков. И Черный Мститель и Белое Возмездие покарают нарушивших договор предков. В этом случае погибнут даже те, кто укрывает предателей или посмеет встать на их защиту».

– Я тоже думаю, что все это блеф, ваше величество, – выказал сомнение Крайтис. – Если Легенда и вправду находилась в пещере, то, скорее всего, погибла. Так как мы не заметили, чтобы темные нашли в освобожденной пещере хотя бы одного спасшегося.

– Эта мысль также приходила мне в голову. Но слушай дальше: «Чтобы не подорвать финансовое состояние нашего братского государства, устанавливаю срок выплаты указанной суммы – три месяца. В противном случае, Гедеон, пеняй не себя – я вынуждена буду объявить Светлому Лесу войну!»

Зал затих. Война – это уже серьезно.

– Леяра этим самым еще раз подтвердила то, что Легенда погибла. Иначе через девяносто дней королева дроу сама нарушит древнюю клятву о перемирии.

– А не разумнее ли заплатить? – неуверенным голосом предложил кто-то из генералов.

– Только сумму оговорим. Уж слишком завышенная, – подхватил министр финансов и начал прикидывать: – На восстановление Шакруны – тысяч пятнадцать, компенсация семьям погибших – столько же. Еще двадцать накинуть за действительно имевший место факт предательства домом Далотиатуса. Таким образом мы покажем, что все выяснили и приносим извинения. А виновные же сами себя и наказали. Итого получается пятьдесят тысяч. Но никак не сто двадцать.

– Нет! Раз они хотят войны, значит, получат ее. А показательное милосердие темных еще выйдет им боком. Нам дают три месяца для эвакуации женщин и детей. Матриарх Леяра слишком ценит жизнь, чтобы полностью уничтожать ее, «а вот глупых и лживых мужчин все же следует проучить». Ну что ж, за это время успеем основательно подготовиться.

Собравшиеся советники снова зароптали, переговариваясь между собой. Открыто перечить мне никто не решался. Даже несмотря на то, что ужасно опасались дроу – прошли века, но воспоминания о давней войне до сих пор вызывают ужас.

– А вдруг все-таки мстящая Теоларинэ… – заговорил осмелившийся Крайтис, но я резко оборвал его:

– Тогда она и остановит это безумие!

Крайтис

По пути из дворца я переваривал новости. Мои раздумья не прервались и дома, когда переодевался, ужинал и поднимался в свой кабинет.

Гедеон сошел с ума – готов развязать войну с темными. Леяра тоже хороша. Но ей простительно – она женщина, да еще дроу. Причем оба понимают, что погорячились, но не желают переступить через эльфийскую гордость. Сейчас бы провести правильные дипломатические переговоры, глядишь, и остыли бы: сумму контрибуции (даже согласимся называть ее так) уменьшили бы, а публичную казнь заменили бы заточением в тюрьме. Лет этак на сто пятьдесят – много, конечно, но матриарх на меньшее не согласится. Впрочем, для старших народов это не срок.

А в том, что Ахаар о чем-то недоговаривает, абсолютно уверен. Там, в Шакруне, в действиях светлых было что-то темное.

Неожиданно дверь отворил дворецкий и прервал мои размышления.

– Ваше сиятельство, прибыл архивариус Эстихандро, – сообщил он.

– Веди его сюда.

Пока слуга ходил за гостем, я на всякий случай опоясал кабинет дополнительным слоем защитных заклинаний – не хватало еще, чтобы Цветаниэль узнала о предстоящей беседе. Девушка недавно вернулась чересчур возбужденная, но общаться не пожелала, тут же сославшись на усталость, и отправилась в свою комнату.

– Извините, что в столь поздний час, ваше сиятельство. Но вы сами приказали, как только леди Цветаниэль покинет библиотеку, немедленно явиться с докладом, – начал оправдываться вошедший эльф.

– Ты правильно поступил, Эстихандро. Мне все равно не спится. Ну просвети, чем же интересовалось наше юное дарование?

– Занималась поиском книг, в которых упоминается о перемещениях в другие миры: о вратах, проводниках, странниках. Затем попросила чистую бумагу и магическое перо для заметок. Но после того как исписала лист с двух сторон, почему-то скомкала его и сунула в тот разрез платья, из которого выглядывает грудь. Мне показался весьма странным такой жест.

– Да, необычное место для тайника. Что дальше?