Константин Костин - Моя понимать

Мастер Сильвен!

Димка обрадовался, хотя появление собакоголового инженера никак не доказывало миролюбие делегации.

— Добрый день, господин Хыгр! — мастер Сильвен рванулся вперед, нарушая торжественность высадки, которая уже начала напоминать Димке прибытие инопланетян.

Не обращая внимания на револьверы, собакоголов бросился к Димке, отпихнув в сторону ошалевшего от такой наглости эльфа-генерала — ну, наверное, генерала.

— Добрый день, добрый день! Господин Хыгр, вы не поверите, я все-таки сделал это!

Чего тут верить не верить… Вон, ваша леталка стоит посреди площади.

— Мы летели! Вы представляете, мы ЛЕТЕЛИ!

Глаза мастера просто горели. Да и лица всех остальных, как успел рассмотреть Димка, тоже были слегка безумными. Правильно, здесь полеты — совсем не обычное дело, а что-то из области сказок и преданий. Как для Земли — путешествие во времени.

— Добрый день! — от дверей дворца подходил черный эльф Жозеф, вместе с десятком полицейских, в черной одежде, с зелеными повязками на рукавах.

— Я - начальник столичной полиции гражданин Жозеф Ресин. Именем революции я требую, чтобы вы назвали себя, а также цель вашего… прилета.

Эльф-генерал невозмутимо оглядел Димку — качнулась толстая эльфийская коса — замолчавшего мастера, Жозефа, его отряд…

— Интересно… Это так у вас теперь принято встречать союзников?

С двух сторон стола сидели представители двух враждебных армий.

Товарищ Речник, спокойный как валун на дороге, справа от него — непроницаемый Жозеф, слева — изрядно исхудавший последнее время, а потому выглядевший высохшей мумией зомбик Сталевар.

Напротив сидели генерал Морис, тот самый эльф, которого Димка принял за самого главного генерала. Морис на самом деле был генералом, только не самым главным. Командующим Третьим гвардейским, а нынче полновластным диктатором северо-запада был маршал Меверик, по давней традиции смутных времен присвоивший себе это звание самостоятельно. Маршал был не настолько дураком, чтобы отправляться через полстраны на неопробованном летательном аппарате, прямо в логово революционеров, которые, возможно, сначала отрубят ему голову, а только потом задумаются, чего он прилетал. Тем не менее, маршал послал в качестве главы экспедиции своего зама — генерала Мориса.

По левую руку от генерала сидел эльф Мишель — командир «эльфятника», справа, по логике должен был бы находится командующий войсками, но здесь беспокойно ерзал нервничающий мастер Сильвен.

В одном из торцов стола сидел невозмутимый господин Шарль, который обладал неясным статусом и вполне реальным авторитетом у обеих сторон. Напротив него торчал меховым чучелом единственный специалист по иномировым технологиям, яггай Хыгр, он же Димка.

Как честно признался впоследствии генерал, когда они получили письмо от господина Шарля, доставленное странноватой группой из собакоголова, хуманса, двух черных эльфов и троллихи, то не поверили ему. Летательные аппараты, метатели пуль, шпионы из иных миров… Бред.

Но разведка доносила о появлении у интервентов тех самых метателей, поэтому маршал Меверик принял рабочую версию о том, что письмо на самом деле от господина Шарля, и написана в нем правда. На первых порах маршал не собирался прислушиваться к рекомендациям письма — как любой военный, он несколько презрительно относился к полицейским, сколь угодно умным — поэтому планировал построить «Лапуту», после чего прилететь на ней в столицу и разгромить революционеров к синекрылым драконам.

К счастью, маршал был умным — а иначе, как подумал Димка, господин Шарль не послал бы к нему мастера без присмотра — поэтому сообразил, что у товарища Речника есть специалист по технологиям, а значит против любой летательной машины может быть разработано и применено неизвестное пока ему, маршалу, средство противодействия.

Второй мыслью маршала было отправить в столицу пару-тройку верных людей, чтобы тихонько прирезать специалиста в темном переулке, но к счастью для Димки, мысль была короткой и отвергнутой почти сразу. Глупо разбрасываться информацией, не менее глупо начинать грызню, когда враг уже делит твою страну как пирог на праздник.

В итоге предложение господина Шарля, набросанное на колене, второпях, посреди дороги, было принято практически без изменений. Построить «Лапуту», объединиться с революционерами во временный союз, помочь Северо-восточной Красной армии, которая воевала с интервентами Той страны без помощи, без поддержки и уже почти без ресурсов, после чего вытолкать врага из страны, а уж затем собраться вместе и решить, как жить дальше.