Евгений Щепетнов - Гладиатор поневоле

Слава обернулся к провожатому и сказал:

– Если моя самка его покалечит или убьет – будут для нас какие-то последствия? Это как-то отразится на наших отношениях с Роями?

– Нет. Никоим образом. Если она и вправду сможет победить одного из наших лучших бойцов, ваш авторитет только укрепится. А если наш боец погибнет – что же, пусть его душа покоится в большой пещере, полной самок и вкусной еды. Чему быть, того не миновать.

Слава кивнул и сделал приглашающий жест, зазывая керкара-бойца в центр импровизированной арены, образованной сотнями многоножек, собравшихся поглядеть на поединок. Потом обнял обнаженную, уже разминающуюся Леру и тихо шепнул:

– Не дай себя убить. Иначе мне придется из-за тебя убить их всех. Не тяни – разорви его как можно быстрее.

Лера кивнула и вышла вперед. На ее гладком теле играли мышцы. Слава невольно залюбовался: она была так красива, так экзотична с ее смуглой кожей и леопардовыми пятнами на теле, что ему захотелось уединиться с девушкой в своей комнате. Он выбросил дурные мысли из головы и приготовился смотреть за битвой.

Слава был уверен в победе Леры, но все-таки слегка опасался неожиданностей – бой есть бой, предсказать наверняка исход поединка нельзя.

В пещере слышались лишь тихое стрекотание, пощелкивание жвал да негромкое лязганье клинков, когда противники случайно соприкасались друг с другом. Вокруг столпились все керкары, оказавшиеся рядом.

Лера стояла – такая маленькая, такая хрупкая перед здоровенной многоножкой, весящей как минимум раза в два больше, чем она. Ее смуглая стройная фигурка казалась совсем детской на фоне белого, как личинка майского жука, воина керкаров – но только на первый взгляд. Круглые мускулистые бедра и небольшая крепкая грудь взрослой женщины сразу развеивала все сомнения в том, что перед наблюдателем стоит вполне состоявшаяся, созревшая и очень даже сексуальная девушка.

У Славы кольнуло в сердце – правильно ли он поступил, выставив Леру на бой с этим чудовищем? Почему он не сам вызвался драться? Почему он рискует единственным человеком, который ему дороже всех в этом мире, а может, и во всех мирах? Он клял себя за то, что решился на риск, дернулся было остановить Леру, переиграть все заново… и тут бой начался. Просто, без изысков, поклонов и расшаркиваний. Без деклараций о намерениях и угрожающих выкриков.

Керкар напал мгновенно, размазавшись в белую линию, протянувшуюся разделительной дорожной полосой прямо к темной фигурке Леры. Девушка стояла спокойно, как будто скучая, заведя руки за спину и отставив правую, согнутую в колене ногу, немного вперед.

У Славы ухнуло сердце, опустилось до самых пяток, еще доля секунды, и он начал бы крушить все вокруг, уверенный в том, что Лера попала в беду – атака керкара была такой неожиданной, такой стремительной, что никакой человек не смог бы ее отразить. Но Лера уже не была человеком в том понимании, в каком принято трактовать это понятие. Ее уровень оказался гораздо выше, на несколько ступеней – это точно.

Никакой боец человеческого рода не смог бы совершать такие быстрые движения, как мангуста или колибри. Вот – только что фигурка девушки преграждала дорогу живой белой ленте, и через кратчайшую долю секунды она уже стояла в стороне, в боевой стойке, и от красавицы осталось только воспоминание – в яростной воющей мегере с горящими глазами и выпущенными стальными когтями мудрено было узнать землянку.

Керкар, пролетавший мимо со скоростью стрелы, получил три глубокие раны глубиной сантиметра в три и длиной в полтора метра. Из них брызнула жидкость, похожая на гной, белесая и густая, забрызгала все вокруг крупными липкими каплями.

Керкар защелкал жвалами, задергался, потом взвыл высокой трелью, из толпы керкаров, молча наблюдавших за поединком, вылетело большое копье, которое он подхватил передней парой лап. После этого воин снова напал на Леру, уже с оружием в руках. Копье мелькало, как вертолетный винт, и Слава снова испугался до такой степени, что на мгновение прикрыл глаза от страха за подругу. Когда открыл – копье, сломанное пополам, уже летело в сторону, а разъяренный клубок когтей и стальных мышц, ранее скрывавшихся за милой внешностью, рвал на куски то, что ранее было опасным и могучим воителем, грозой Алусии.

Все закончилось за несколько секунд – керкар слабо шевелился на полу пещеры, а Лера снова стояла, как скромная девушка – вот только почему-то обнаженная и покрытая почти целиком, с ног до головы, белесой липкой жидкостью.