Борис Царегородцев - Время больших побед

30 апреля на подходе к Альт-фьорду немцы уже потеряли четыре крупных судна и два корабля охранения. Одно их тогда утешило, что им удалось потопить одну подлодку – это была Щ-422 капитана третьего ранга Видяева. Он в последнем бою потопил корабль ПЛО и добил большой транспорт, поврежденный С-51. Обозленные немцы устроили за подлодками охоту, и больше всего не повезло Щ-422. Да, от судьбы не уйдешь: что в нашей реальности он погиб, что здесь. Только здесь на его счету больше реальных и весомых побед, за что и получил Героя, но посмертно.

Через полчаса пришло еще одно сообщение от наших летчиков о составе второго конвоя и кораблях прикрытия. Все это передавалось в большой спешке, так как нашим летчикам приходилось отбиваться от истребителей противника, прикрывавших основной конвой. Не успев перехватить еще на подлете к конвою, немцы решили уничтожить нашу авиаразведку во что бы то ни стало и не дать ей собрать полные данные о составе конвоя. Но самолеты Ту-2 могли постоять за себя, у них и хорошая скорость, и мощное оборонительное вооружение.

«Сбылась мечта идиота», – радовался я, когда узнал, что в конвое более десятка крупных транспортов и куча всякой мелочи, все это прикрывает самая мощная эскадра немцев, когда-либо выходившая в северные широты. Дёниц под истерические вопли Гитлера выгнал все корабли на помощь сухопутным войскам генерала Дитля, чтобы совместно с прибывающими подкреплениями, которые срочно вместо юга России отправили на север, и при поддержке флота отбить потерянные позиции.

– Передать на К-3 и С-55. Первый конвой не трогать, ждать второй, который идет с небольшим отставанием на три-четыре часа.

– Командир, это что получается, мы корабли первого конвоя пропускаем беспрепятственно, а атаковать будем только второй? Так на этом тоже немало фашистских войск. А если они дойдут до места? Нашим на полуострове и так трудно. Так еще эти высадятся. Сколько тогда прольется крови наших солдат, сколько жизней будет загублено.

– Григорьич, я понимаю тебя. Ну, успеют они высадиться на берег. Однако надо еще и суда разгрузить, а это время. А что, наша авиация будет бездействовать? Я думаю, что нет. Она уже сейчас готовится ударить по приближающемуся конвою. И должна его немного потрепать. А когда мы остановим основной конвой, а в особенности его прикрытие в лице двух линкоров, я уверен, фрицы не захотят долго оставаться на этом полуострове и заторопятся домой.

Как я не хотел, чтобы первый конвой был кем-то атакован, но он был атакован.

– Тащ капитан первого ранга, обнаружены шумы подводной лодки, почерк незнаком. Находится на пути конвоя рядом с К-3, – доложил оператор ГАКа.

– Почему до сих пор она не была обнаружена?

– Похоже, она лежала на грунте или пряталась за островом и только перед самым подходом конвоя дала о себе знать.

– Кто это, немка или англичанка?

– Я больше склоняюсь к англичанке, почерк немецких подлодок мы почти всех знаем, – ответил Пономарёв.

– Вот именно что почти всех, а если это что-то из первых серий, единичка или двойка, возможно, турчанка, голландка или даже француженка. У немцев были их лодки. Сан Саныч, что скажешь по этому поводу?

– Я знаю, что в той реальности эти подлодки немцы использовали только в качестве учебных.

– А не могли они после больших потерь своих подлодок какую-то из них послать сюда?

– Да, такую вероятность исключать не будем.

Капитан-лейтенант Малафеев получил сообщение о конвое и приказ его не трогать, а пропустить.

Теперь он висит на перископной глубине, наблюдая, как из-за горизонта показался лес мачт. Позиция идеальная, если бы не этот приказ, он мог парочку точно отправить на дно, так как через некоторое время будет точно в центре этого конвоя. Заметив круживший над конвоем самолет, погрузился глубже. Через полчаса над головой прогрохотали винты противолодочного корабля. Акустик подлодки К-3 вслушивался в шумы, которые начали окружать подлодку со всех сторон, и вдруг раздался взрыв, потом второй. Что это такое, нам приказали пропустить конвой, а это кто тогда? С-55 восточнее нас, и она не могла выйти в атаку. Снова раздались взрывы, но уже глубинных бомб. Немцы кого-то преследовали, вот только кого. Малафеев решился на пару секунд высунуть перископ и глянуть, что творится наверху.

А после того как глянул в перископ, то не поверил своим глазам: он находился посреди конвоя, а прямо под его торпеды подходил транспорт, а в его створе находился еще один, а там дальше два противолодочных корабля на траверзе. Можно одним залпом поразить два судна, а если повезет, то и три. Он обвел перископ по горизонту.