Андрей Архипов - Ветлужская Правда

Тон незнакомца тоже был приветлив, будто он не явился сюда на нескольких лодьях в полном вооружении. Однако тема, которую он затронул после обмена приветствиями, выбила Кия из колеи. Воин, назвавшийся Петром, советником воеводы, попросил его передать послание кугузу. Князю ветлужских черемисов было предложено подумать над тем, чтобы платить дань булгарцам не приглашением их на полюдье, а повозом, то есть самим доставлять ее в Учель и договориться о неизменности выплат на десятки лет вперед. А ветлужцы, мол, даже готовы помочь как с выплатой, так и с перевозкой, лишь бы ноги людей наместника здесь не было бы во веки веков. Еще со стороны Петра было высказано пожелание припрятать в зиму съестные припасы подальше, иначе может так выйти, что оголодавшие булгарские воины отберут их силой.

Было ясно, что ветлужцев обуяла излишняя гордыня и они готовы встать против Великого Булгара, но дело было даже не в этом. Что толку обсуждать ак-чирмышей Учеле, когда здесь и сейчас этим воинам противодействует он сам, а на кону стоят их собственные жизни? Кий уже начал сомневаться в умственных способностях пришедших к нему людей, как вдруг посланник ветлужского воеводы прервал свои речи и указал на того самого паренька, лицо которого вызвало у него какие-то неясные предчувствия. Дальнейшее для черемисского военачальника проходило под налетом легкой дымки вполне понятного изумления.

Ветлужцы неспешно отступили к судну, слегка косясь на ощетинившиеся оружием стены, а их недоросль отстегнул шлем и шагнул вперед. Руки сами раскрылись для объятий.

«Племяш…»

– Я понял, как ты попал к ветлужцам, но вот зачем они привезли тебя сюда?

Дальнейший разговор с племянником проходил уже в крепости. Нежданные гости обещали подождать, пока Ялтай наговорится с родичем или не сообщит, что остается здесь. Теперь Кий нервно мерил шагами тесную горницу, которую ему выделили на территории детинца после его приезда, и пытался анализировать поведение чужеземцев. Мысли вновь теснились в его голове, и он сам удивлялся своему желанию разобраться в ситуации. С одной стороны, он был должен без экивоков выполнить наказ кугуза, с другой – не потерять своих воинов, за это тоже по головке не погладят.

«Так что с ветлужцами? Хотели, чтобы малец превознес их мощь, предварительно затуманив ему голову? Но тот рассказывает удивительные вещи именно про их слабость».

– Сколь, ты вещаешь, воев на их странных лодьях?

– От силы четыре десятка человек. – Ялтай мысленно вскинул пальцы рук, пытаясь сопоставить изученный счет ветлужцев с привычным способом исчисления. – И это учитывая, что середь них дюжина черемисов из близлежащего поселения. Остальные либо такие же недоросли, как я, либо поселенцы из острогов, коих оторвали от земли и посадили на весла, дабы просто доплыть сюда.

– Даже так… И зачем это им? – Кий стал рассеянно проговаривать свои мысли вслух, не столько стремясь узнать что-то полезное у племяша, сколько пытаясь навести в них порядок. – Нет! Я понимаю, для чего это было сделано, но почему взяли с собой тебя? Не для того же, чтобы ты рассказал мне правду? Или хотят загнать меня в ловушку, показывая свое бессилие?

– Вряд ли, дядька. Я довольно много про них ведаю! Воинских хитростей у них навалом, как и у всякого, но в глаза они лжу творить не будут. Не те люди. Раз сказали, что будут соблюдать все договоренности, пока ты вновь не поступишь бесчестно, то так и сделают…

– А что им еще остается? Не лезть же на рожон! [45] – хмыкнул Кий и уточнил: – То есть мы придем к ним в остроги, а они нас примут с распростертыми объятиями? Так, что ли? После того что мои вои попытались сделать?

– А они не успели сотворить уж вовсе не поправимое, – с вызовом произнес Ялтай, не уточняя, что он сам приложил к этому руку. Кто знает, как поступит в этом случае дядька? – Кровь пролилась с обеих сторон, но ветлужцы готовы обо всем забыть. А еще они говорили, что ты имеешь право привести своих воинов в оба острога, поставленных на нашей земле…

– Даже так? Блюдут свои обещания, хотя кугуз… Ладно, тебе об этом знать вовсе не надобно!

– А еще они надеются, что ты защитишь эти поселения от булгарцев, когда те явятся сюда!

– С какой стати?! – опешил Кий.

– Они говорят, что все мастерские принадлежат в равных долях ветлужцам и черемисам. Точнее, тем общинам, что там работать будут. А уж что со своих людишек кугуз возьмет, для них дело десятое…

Кий еще раз пробежался по комнате и остановился около блеклого солнечного зайчика, падающего на пол из небольшого волокового окошка под крышей, затянутого бычьим пузырем. Задумчиво повозив по подсвеченному земляному полу носком сапога, он отстраненно заметил: