Александр Шорников - Тело сдал - тело принял

— Хороший он был в молодости ловцом удачи лет десять назад, да женился сдуру на одной бабе и всё, пропал. — доверительно сказал он Сергею.

— Каждому своё. — философски заметил Никитин.

— Это точно. — Фитул оценивающе посмотрел на него. — Ты я вижу не простой парень, это Зонтер правильно заметил.

Стоящий рядом с ним молодой прыщавый парень, на пару лет постарше Сергея скривился и решив поддеть его сказал:

— Ну и шёл бы копейщиком, деньги неплохие.

— Не копейщиком я не пойду, — Никитин отхлебнул из фляги и задумчиво сказал — вот если бы тысячником, тогда я бы пошёл.

У шутника от изумления, отвисла челюсть.

— Да ты чё, рехнулся парень!. Как это так тысячником!. - задохнулся он от подобной наглости.

Фитул оглушительно расхохотался и силой шлёпнул Никитина по плечу, отчего тот едва не сел на землю.

— Ну, ты парень даёшь!. Молодец за словом в карман не лезешь. Ну ладно пошли в трактир, у старины Бурума — уже должен кабанчик поспеть, я угощаю. Пошли, перекусим и расскажешь нашим, что там за заварушка была там у вас с красноглазым.

Пока они петляли по кривым улицам, Фитул успел кратко пересказать ему, что здесь недавно произошло.

— Давненько ханаты, сюда с такими силами не совались, поколения три такого не было. — вводил он его в курс местных новостей — Хорошо, наши вовремя заметили, что дым на горизонте встаёт, кто то там подал нам знак. Если бы не пожары то они смогли бы с ходу захватить ворота и тогда считай городу конец. Дозорные вовремя заметили и успели закрыть ворота, а то всё!. Вырезали бы всех нас!.

Парень, который на площади задевал Сергея, от души выругался.

— Проклятые колдуны!.

Они осторожно обошли по шатким брёвнышкам большую лужу и, увязая сапогами в раскисшей земле, перебрались в более сухое место.

— Да эти колдуны, чтобы у них шерсть выпала, прижали нас тогда крепко, давно я такого страха не испытывая. — признался Фитул. — Как мы тот приступ отбили, одни боги ведают, всё как в тумане было. На стене мало кто остался сражаться, кто бежит с перекошенной рожей, кто своим богам молится. А кто как застыли бревно, бревном, так после боя только и отошли…

Он покрутил головой вспоминая.

— Видел, небось, как эти мохнатые своими топорами ворота отделали, ещё чуть-чуть и ворвались бы.

Некоторое время все они молча шли, шлёпая сапогами по грязным улицам.

— Хорошо на стене был запас камней, стали кидать в этих мохнатых, с десяток их посбивали, остальные отступили. Хорошо еще, что нашлись люди, на которых их колдовство не так сильно подействовала, да и стены здесь высокие, просто так не залезешь. Когда их вождь понял, что ворота лохматым не удастся так просто выломать, и послал своих людей на приступ, прошло много времени, народ тем временем потихоньку в себя пришёл…

Капитан отхлебнул из своей фляги, протянул её Сергею, но тот отказался.

— Так вот народ потихоньку стал в себя приходить и возвращаться обратно на стены, когда его воины на приступ пошли. Ну, в общем, отбили мы этот приступ, постояли они здесь ещё немного и отправились дальше к Туруну, может быть, вырежут их всех, а там и до Турука доберутся!.

— А вы их этих в Туруне предупредили? — спросил Сергей.

Фитул удивлённо на него посмотрел.

— Да ты чего парень, пусть они хоть весь этот город по брёвнышку разорят, зачем нам их предупреждать.

— Враги они нам понял парень!. - просветил Никитина другой воин, который до этого отмалчивался.

Сергей только покачал головой, с этим он уже сталкивался тогда у Альбиноса, когда дело дошло до поножовщины между отрядами наёмников из враждующих городов, но он не думал, что их взаимная ненависть зашла так далеко.

Вторжение в равной степени угрожало им всем, но они только близоруко радовались, что соседу придётся хуже, чем им, не понимая, что может настать момент, когда они останутся один на один с врагом. В истории Земли было много таких примеров, и Никитин прекрасно знал об этом.

— Откуда здесь эти мохнатые появились, никто не знает. Никто этих воинов никогда не видел, а у нас народ, где только не шлялся. — продолжил между тем рассказывать Фитул.

— Говорят что они с неба упали. — встрял в разговор молодой наёмник.

— Ну, разве что с неба. Я говорю, народ у нас, где только не бывал и за Желтыми морями и в степях у аданов, никто не видел этих лохматых парней, чтоб их Такан на рога поднял.

Фитул сплюнул.

Тем временем они добрались до низкого закопченного здания, которое встретило их вкусными запахами жареного мяса и прокисшего пива. Он уже привык к подобного рода запахам трактиров, в своих скитаниях, вот только здесь, в это амбре, вплёлся ещё и запах гнилого сыра.