Александр Шорников - Тело сдал - тело принял

— Вот теперь можно и поговорить. — он вытер губы и убрал флягу обратно в карман рюкзака.

Кер одобрительно покачал головой.

— А щенок то дерзкий!. Ну ладно как тебя там рассказывай, как ты попал к Альбиносу.

Никитин не стал ничего особо скрывать. Рассказ он начал с того, что они шли из-за перехода и шли они в Ка-Ато. Название этого города вызвало у многих присутствующих кривые усмешки. Один из воинов, стоящих рядом с ним проворчал:

— И эти дураки туда же попёрлись!.

— Так вот когда мы были в Катуле, нас нашли люди Альбиноса и предложили поработать на него.

Никитин вновь припал к фляге и продолжил.

— Потом мы шли через Кровавый каньон и там застряли около выхода у него.

Рассказ о тварях, которые там обитают, заставил всех затаить дыхание, Никитин уже вовсю вошёл в роль рассказчика, делая эффектные паузы в наиболее интересных моментах. Рассказ о том, как они с помощью горца прорвались на выходе из каньона, вызвал у них одобрительные вопли. Тысячник даже похлопал его по плечу. Его рассказ продолжался часа два, наконец, он дошел до описания их последней битвы и предательства Альбиноса.

Все на площади дружно взревели:

— Смерть им!. Смерть красноглазой сволочи! — толпа бесновалось несколько минут, прежде чем вновь стало тихо, только временами в нескольких местах причитали женщины.

Задав ему ещё несколько вопросов, кер отпустил его, к нему тут же протолкнулись несколько женщин, и стали его расспрашивать о своих пропавших мужьях. К сожалению, он ничем не мог им помочь, наёмники из разных отрядов очень мало общались между собой и Сергей ничего не смог им сказать.

С одной из них, пожилой, вдруг случилась истерика, и она накинулась на него с кулаками, крича, что это он убил его сына. Её быстро оттеснили другие женщины и увели из толпы, которая к тому времени уже сильно поредела.

— Эй, парень пойдём к нам, старина Бурум нальёт тебе, сколько хочешь пива, лишь бы ты повторил свой рассказ о том, что ты видел!. Или тысячник уже успел завербовать тебя на место десятника, а Зонтер?. - шутливо обратился к тысячнику высокий рыжеволосый мужчина со шрамом на щеке.

— Мал он ещё на место десятника Фитул, хотя может быть, в копейщики я бы его взял. А с топором ты умеешь обращаться? — сотник оценивающие прошёлся по нему глазами.

— Умею немного.

— Уметь то может быть ты парень и умеешь, да руки у тебя еще пока слабоваты. Тонкие ещё руки у тебя парень. Как у бабы, долго с такими руками топором не помашешь. — в толпе услышав такие слова, обидно захохотали, но Никитин на это никак не отреагировал — Тем, кто с топором работает вот какие руки нужны!.

Зонтер вскинул над собой толстые мускулистые руки, густо покрытые чёрными волосами. Кое-где сквозь эту чёрную поросль, проглядывали белые полоски шрамов. Мизинец на правой руке у него был сильно искривлён.

— Ну что парень пойдешь ко мне в копейщики?. Ну сперва один золотой за десять дней, потом будем больше, платим мы хорошо и во время, не то что ты своим, а Фитул? — сотник легонько толкнул наёмника в бок кулаком.

Тот недовольно фыркнул и развёл руками.

— Зато жизнь у нас повольготней, а иной раз столько добра на круг возьмёшь, что мои ребята случалось, получали золота больше чем ты сам за пару сезонов. Правда, ребята!.- не остался в долгу наёмник.

Стоящие рядом с ним воины зашумели.

— Правда, капитан, было дело!.

— Вот, а ты монету за десять дней!.

— Да эти деньги твои лёгкие — не сдавался сотник — легко ушло, легко пришло. Надо дом построить хозяйство завести, мы поможем..

— Хозяйство завести, — передразнил его Фитул — налоги платить, а у нас жизнь вольная и все бабы наши.

Его воины поддержали своего капитана одобрительным рёвом.

— А да что с тобой говорить. — лениво махнул рукой тысячник, похоже, такие словесные стычки у них шли уже давно и были привычными для обоих. — Так что парень, пойдешь к нам?.

Никитин сдержано поклонился.

— Нет, спасибо за приглашение уважаемый, но у меня другие планы.

— Ладно, парень, не хочешь, так не хочешь. — Зонтер немного помолчал. — Если тебе негде остановиться на ночлег приходи ко мне. Вон тот большой дом видишь?. — Никитин кивнул. — Там я и живу со своим семейством. Гостям мы всегда рады, да и говоришь ты очень складно, не то, что эти… — он пренебрежительно кивнул в сторону улыбающегося наёмника — шатуны.

Тысячник развернулся и отправился обратно, десяток воинов последовало вслед за ним. Фитул с усмешкой посмотрел ему в след.