Александр Шорников - Тело сдал - тело принял

— … лучше здесь — уговаривал капитана его помощник.

— А может дальше больше дадут? — сомневался капитан.

— Дальше своёй дури достаточно будет!. Это здесь её мало — горячился Медведь.

Нос задумчиво чесал заросший подбородок и неопределённо хмыкал. Они отошли подальше и ещё минут пять, что то доказывали друг другу, под конец Нос махнул рукой и двинулся к своей телеги за последним оставшимся мешком.

Распродав товар, Нос устроил небольшую пирушку, но при этом строго следил. Две кружки местной бурды и всё. Что бы народ, не ворчал по этому поводу, на следующий день была устроена очередная раздача денег, которое сразу подняло всем настроение. Никитину и Гафту тоже выдали жалование, Сергею даже дали на монету больше сверх оговоренной суммы.

Получив деньги, наёмники небольшими группами стали разбредаться по городу. Никитин и Гафт тоже увязались с одной группой. Правда, они быстро расстались, наёмники целенаправленно топали в бордель. Сергея вопросы физиологии, так уж остро, в данный момент не особенно волновали и они с Гафтом просто пошли гулять по городу.

Здесь уже было, что посмотреть Гафт всё время тащил его в оружейные лавки, где на Никитина сразу налетали приказчики. Перед выходом в город Сергей надел свою "бронированную" куртку, нацепил кинжал и теперь выглядел весьма представительно. Приказчики принимали его за богатого господина со слугой и нахваливали свой товар. Гафт вертел предлагаемые ножи и кинжалы и тоскливо вздыхал, глядя на подобную красоту и цены.

Приказчики, заметив его интерес, сразу же начали уговаривать Никитина купить своему слуге понравившуюся ему вещь, но он, с важным видом прикинувшись знатоком, браковал одну вещь за другой, приводя местных торговцев в отчаяние.

Несмотря на то, что оружие здесь было значительно дешевле чем в Кине, изделий из железа попадалось очень мало, а то, что попадалось, было очень плохого качества. Никитину только приглянулся узкий нож из хорошей бронзы, им было удобно резать овощи и, после продолжительного торга он его купил.

Рынков в городе было всего три, причём все торговали исключительно продуктами. Хозяйственными товарами торговали в лавках, которые тянулись, бесконечно переходя из квартала в квартал. Лавки занимали все первые этажи зданий, вторые этажи использовались как жилые помещения для хозяина лавки и членов его семьи.

Никитин с жалобно стонущим Гафтом на которого он навьючил свой рюкзак, не понесёт же богатый господин тяжести, ныряли из лавки в лавку. Впрочем, Гафт стонал только для приличия, его груз был не так уж и велик, кроме того, Сергей щедро кормил парня сладостями которые предлагали разносчики.

Сам он от подобных сладостей старался держаться в стороне. Кулинарные изделия и выпечка носили на себе отпечатки грязных пальцев, да и сами разносчики не утруждали себя соблюдением правил гигиены.

Правда, все покупали, ели и особо не жаловались, народ был крепкий на желудок, Гафт тоже не привередничал по этому поводу, но Сергей, с его брезгливостью, не хотел рисковать, поэтому Гафт трудился за двоих.

Часто на лавках не было никаких вывесок, или просто висели привязанные на верёвке изделия на продажу. Надписями в связи с поголовной неграмотностью никто себя не утруждал, так, например лавку с пряностями Никитин обнаружил по запахам.

Так что, несмотря на здешнее изобилие, купил он в этот день не очень много, больше приценивался и смотрел. Сергей купил себе только небольшое серебреное зеркало, большую медную сковородку, осуществил свою давнюю мечту, и много специй, из-за которых ему пришлось наверно целый час торговаться с торговцем и разыгрывать целое представление.

Когда он с Гафтом вошли в низкое плохо освещённое помещение, где громоздились мешки всевозможных размеров, около них моментально возник хозяин с любезной улыбкой. Разглядев, что его покупатели всего лишь пара юнцов, он довольно невежливо спросил, что им надо.

Никитин сразу же принял надменный вид и, оглядев торговца с ног до головы, сказал:

— Я надеялся купить здесь специй, но, по-моему, здесь торгуют корешками для животных.

Хозяин, разглядев его куртку и богатый кинжал на поясе, рассыпался в извинениях:

— О простите господин!. Моё слабое зрение не разглядело кто передо мной. В город часто приходят всякие и..

Никитин небрежно прервал его словоизлияние и скучающим тоном произнёс:

— Мы не всякие!. И у нас мало времени, наш караван вскоре уходит из городя, и я хотел бы посмотреть на твой товар торговец.