Евгений Щепетнов - Слава. Наследник

– Что значит «не получилось»?! Бей! Бей их! Пока они подойдут – ты уже раздерешь эти транспортники, как тряпки! Бей!

– И погублю корабль. И всех, кто в нем есть. Уходим! Наташа, уходи. Пока мы живы – надеемся. А шансов победить линкоры у нас нет. Они мощнее нас в десятки раз. Все, пошли. Олег, выводи корабль из системы. Уходим на Алусию. Если сможем…

– Пятый, занять позицию! Полевые бластеры развернули? Коновалов, я тебе лично морду набью, если через пять минут вы не будете готовы к стрельбе! Какого черта телитесь… вашу мать! Я вам что сказал… мать! Дол… ы! Быстро!

Полковник с усталым, как будто покрытым пеплом, лицом бросил тангетку рации и откинулся на спинку кресла. Он не высыпался уже неделю. Хроническое недосыпание превратило его в подобие зомби – вроде и держишься на ногах, ходишь, думаешь, но… Он всегда вспоминал где-то прочитанное стихотворение: «Как трудно мертвецу среди живых живым и страстным притворяться!» Полковник всегда вспоминал эти строки, когда приходилось вот так, без сна и отдыха заниматься своей работой. А работа у него была одна – убить врага и остаться в живых. А еще попробовать сохранить этих пацанов, которые сейчас матерят своего командира почем зря, но понимают, что от того, развернут ли они батарею полевых бластеров, зависит их жизнь.

А еще – жизнь целого города, который уютно раскинулся в низине возле широкой русской реки. Радиолокационные станции передали: в космосе, примерно над городом, висит здоровенная штука километровой длины. Передали они еще вчера, и все, кто служил в этой части, с тревогой всматривались в небо, пытаясь увидеть захватчиков, которые ступят на Землю, чтобы отнять у землян все, что у них имелось, – землю, свободу и саму жизнь. В этой десантной дивизии более половины бойцов были обстрелянными ветеранами, прошедшими первую войну с китайцами, поддержанными инопланетянами, так что они не строили иллюзий – победу придется вырывать с кровью, и большой кровью.

Почему инопланетяне наметили одну из высадок здесь, у большого приволжского города? Да кто знает. Возможно, просто поставили точку на виртуальной карте – вот здесь, – и все. И судьба полутора миллионов человек решена. Возможно, когда-нибудь станет известно, почему они решили высадиться тут. Были догадки по этому поводу, и не зря тут скопились бойцы российской армии. Полковник был уверен, что десантники высадятся именно здесь. Но сейчас какая разница, почему они тут высаживаются? Главное – закопаться поглубже, развернуть батарею бластеров и встретить орду захватчиков так, как встречали их наши деды, прадеды, удобрившие собой чернозем родины. Ну, а если придется умереть – умрем, но эти твари дорого заплатят за нашу смерть. Там было всегда и будет всегда.

– Второй! Мы готовы!

– Хорошо. Не ждите команды, при появлении неопознанного объекта – огонь! В воздухе наших нет.

– Понял, Второй. Сделаем! Мы их всех сделаем!

Полковник отложил тангетку и усмехнулся: эти – сделают. Он был уверен в своих подчиненных. Одна из лучших армейских частей, отборные, тренированные парни. Их успели полностью экипировать – броней, укрывающей от осколков, пуль, лучей лазеров; лучеметами, полевой артиллерией. Плюс все то, чем когда-то они били китайцев, одетых в такую же броню, – тяжелые пулеметы, снайперские винтовки, а самое главное – гранатометы. Броня не выносила прямого удара противотанковой гранаты, так что мало этим зеленым педерастам не покажется!

– Время ноль. На исходные позиции! – раздался голос из другой рации, настроенной на волну командования округом.

Полковник вздохнул, взял тангетку и передал:

– Это Второй. Ребята, началось. Удачи вам всем!

– И вам удачи, Второй! – раздался бодрый голос из рации, и полковник кивнул головой, подумав о том, что она, эта удача, очень им пригодится. А еще о том, что эти твари, похоже, будут захватывать атомную станцию – вот почему они высаживаются здесь. Но не у самой станции, чтобы не повредить ее случайными выстрелами, а подальше. Что сейчас какие-то сто километров? Ерунда.

Полковник взял со стола лучемет, уже привычными движениями проверил заряд батарей, сунул в разгрузку несколько штук запасных, прицепил к ремню портативную рацию. Пошел к выходу – вернулся: забыл армейскую кепку. Поморщился: плохая примета – возвращаться. Но не выходить же к подчиненным с непокрытой головой?

Двое дежурных радистов с наушниками на голове внимательно вслушивались в эфир и, когда он встал, поднялись следом. Полковник махнул им рукой – сидите! – и вышел, вдохнув утренний, напоенный ароматами трав воздух.