Сергей Лукьяненко - Реверс

Но Гомеостат – уникальный мир.

Теперь Макс понимал это не только умом, но и всем существом. Центрум был иным, и, если верить словам Теодора, Патрика и Рафаэля, другие миры тоже были совсем иными. Они не походили на Гомеостат, но походили на Центрум. В ином городе и то легко попасть впросак, что уж говорить об ином мире. Арест был просто закономерен.

Но была ли альтернатива? Ни с кем не общаясь, прятаться в лесу? Разве это выход? Это всего лишь способ проголодаться.

Ничего, решил Макс, подержат и отпустят. Вменить-то нечего. Снимать штаны в проулке, может быть, и проступок, но уж никак не преступление. Дурацкая версия насчет шпиона скоро сама собой отпадет. Нужно всего лишь молчать.

Дознаватель пил чай из блюдечка, обжигаясь и хлюпая. В дверях застыл принесший чай здоровенный полицейский: не будет ли еще каких приказаний? Их не последовало, вернее, последовало только одно: дознаватель жестом приказал полицейскому убраться за дверь. Тот молодцевато сделал кру-гом – после чего немедленно отскочил и взял под козырек, нос к носу столкнувшись с еще одним слугой закона.

Этот был невысок, пузат и пучеглаз. Ухоженные рыжие усы его подпирали нос, спускались вниз от углов рта и плавно переходили в холеные бакенбарды. Судя по тому, как вскочил и вытянулся дознаватель, посетитель был в изрядных чинах. О том же говорил его мундир с серебряным шитьем и какими-то штуками на груди – вероятно, наградами. Фуражки не было – был крупный, разросшийся за счет залысин лоб, внушавший бы невольное уважение, не будь он покрыт какой-то сыпью.

– Встать! – зашипел на Макса дознаватель. – Встать перед господином вице-полицмейстером!

– Сидите, сидите, – весьма дружелюбно ответствовал тот, шариком катясь к столу. Поискал что-то глазами и дождался: полицейский опрометью принес откуда-то мягкий стул. Тогда господин вице-полицмейстер сел и начал отдуваться. – Уф-ф! Жарковато сегодня, правда?

Осторожно присевший на краешек своего стула дознаватель выразил почтительное согласие с мнением начальства о превратностях климата.

– При дедах не так было, – жмурясь на солнечные, зайчики произнес вице-полицмейстер. – А при прадедах и подавно. Вот старики говорят: нынче все не так, то ли дело в наше время! Но ведь и правда: не бывало раньше осенью такой жары. В смысле до катастрофы. И зима опять будет без снега, это я нюхом чую. Правда, теперь крестьяне по два урожая в год собирают, но это еще как посмотреть – хорошо или плохо? Труда больше, да и налоги выше. Не-ет, золотой век позади, да-с! Не в наше время и не в отцовское, а прежде, много прежде. Уф-ф! Иной раз и хочется немного побрюзжать этак по-стариковски на времена да на молодежь, да понимаю: нет оснований. Нет их. Так-то-с!

Дознаватель почтительно внимал.

– А что за правонарушитель нынче пошел? Воры измельчали, мошенники тоже, бандиты почти все в Аламею подались, хулиганство и то какое-то мелкое. Вот Старец разве что проблема… Или это законы сохранения, как вы полагаете? Вместо кучи мелких проблем одна большая… А кстати, что за гость у нас? Жарко ему, вижу, без штанов сидит… Где его дело?

Льстиво хихикнув, дознаватель протянул папку. Вице-полицмейстер изучал ее секунд десять, не больше. Пожалуй, чересчур наигранно изучал. Затем швырнул папку на стол.

– И этот человек – шпион Старца? Что за вздор! Слышать не хочу!

Больше он не смотрел на дознавателя – вперился взглядом в Макса.

– Кто вы, мой друг?

– Отдайте мою одежду, – злобно ответил Макс.

Вице-полицмейстер даже руками всплеснул.

– Да пожалуйста! На что нам ваша одежда? Эй, принесите! И то принесите, и другое. Живо!

Полицейский принес одежду – оба комплекта. Потом, повинуясь знаку вице-полицмейстера, отомкнул наручники.

Макс содрал с себя пестрядевую рубашку. Надел свою – несколько мятую, но в общем ничего. Повозился, тщательно завязывая галстук. Натянул брюки и пиджак, обулся. Сел на табурет.

– Благодарю…

– Не за что, не за что, – замахал руками вице-полицмейстер. – Вы ведь приличный человек, это сразу видно. Уж простите моего коллегу, ему черные давно поперек горла. Слыхали, наверное, что они тут недавно учинили? Вконец обнаглели – ворвались в город! Ну, теперь-то не сунутся: прибыли войска и еще две бронелетучки с артиллерией. Пусть попробуют! Старец, знаете ли, много на себя берет. Есть мнение, что для него это плохо кончится. Ну а вы? Вам ведь нет до Старца никакого дела, так?

– Так, – сказал Макс.

– Ну вот и хорошо. Теперь нам остается одна небольшая формальность: выяснить вашу личность. Думаю, что после этого у нас не будет никаких оснований задерживать вас далее. Итак, вы?..