Александр Селянин - Тропа волхвов

Два вертолёта сделали несколько кругов над укреплённым лагерем нового гарнизона Ключ и осторожно стали приближаться к площадке перед крепостной стеной. Пока военно-транспортный Ми-8 приближался к посадочному кругу, летающий танк Ка-24 медленно вращался над ним, готовый открыть огонь из всех пушек при малейшей угрозе нападения. Внизу, в стороне от посадочного круга, придерживая фуражки руками, стояла встречающая группа старших офицеров гарнизона. Ближе к опушке леса было выставлено оцепление, чтобы избежать всяких неожиданностей. Склоны окружающих скал, насколько это было возможно, были прочёсаны альфовцами ещё ранним утром. Сверху по гряде растянулись цепочкой десантники Калинина. Ничего не предвещало беды.

Полковники Князев и Калинин, вместе с подполковником Железиным и Черноморцем, прикрывая глаза ладонями от неяркого северного солнца, смотрели вверх на приближающиеся вертолёты.

– Чёрный ворон! Чёрный ворон! Не кружися надо мной! – тихо напевал Железин.

– Валера! Сплюнь! – посоветовал ему Черноморец.

– Накаркаешь!

Неожиданно слева из расщелины, под вершиной одной из скал, блеснула вспышка. От неё отделилась тёмная точка и, оставляя ниточку дымного следа, устремилась к вертолёту охраны, который в этот момент оказался повёрнутым к стрелявшим хвостом. Учитывая скорость его вращения вокруг оси, было ясно, что выстрел гранатомёта как раз встретится с его боком. Гром взрыва от попадания заряда в борт вертолёта лишь на мгновение опоздал после долетевшего звука выстрела.

– Тысячу семьсот метров! – машинально отметил Князев время между вспышкой и звуком. Времени на раздумье не было.

– Андрей! Валера! Держите вертолёт! – крикнул Олег.

В этот момент из той же точки потянулся второй дымный след к транспортному вертолёту. Пилоты, видимо, заметили попадание в соседний вертолёт и попытались маневрировать, но было поздно. Заряд не попал в фюзеляж, но ударил по лопастям несущего винта. Вертолёт беспомощной тушей начал падать вниз. Бойцы стоявшего неподалеку оцепления готовы были побожиться, что видели, как в глазах стоявших внизу полковников на мгновение появился ярко синий свет. Стоя с прижатыми к бокам локтями, они держали перед собой повёрнутые кверху ладони. Оба вертолёта, дымя и раскачиваясь, плавно, как мыльные пузыри, опускались на землю. В этот момент от группы отделился Князев. Он мгновенно увидел расщелину, в которой прятались боевики из разгромленного десанта. Олег видел их измождённые лица, с безумными глазами фанатиков под зелёными повязками воинов ислама. Они опять перезаряжали гранатомёты. Сверху от огня солдат их прикрывала скала. Снизу тоже не достать. Олег вытянул в их сторону правую руку. Его глаза на мгновение осветились ярко-синим огнём и от кончиков пальцев вверх к расщелине метнулся голубой, искрящийся огонёк. Боевики тоже заметили несущуюся к ним звёздочку. Это было последнее, что они увидели. Взрыв огромной силы потряс окружающие горы. На месте расщелины поднялся столб пыли и камней. Скала дрогнула и плавно проскользила вниз по тому месту, где прятались боевики.

Олег сам не ожидал взрыва такой силы. Он посмотрел на перчатку на правой руке. Кончики пальцев чуть дымились. Ухмыльнувшись, он сжал руку в кулак, оттопырил большой и указательный палец. По-ковбойски дунул, как на ствол воображаемого пистолета, но, опомнившись, оглянулся на своих товарищей. Они тоже видели его выстрел, но их сосредоточенные лица сейчас не выражали эмоций. Оба вертолёта мягко коснулись колёсами земли и замерли.

Лица троих офицеров расслабились. Несмотря на прохладный воздух, шеи у них взмокли.

«Ничего себе – первое испытание!» – прочитал в их глазах Олег.

– С первым вас боевым крещением, господа! – сказал им Олег, направляясь к транспортному вертолёту.

Из ворот крепости уже выскочил санитарный УАЗик. За ним ещё несколько джипов. Появилась вереница солдат, бегущих с санитарными носилками. Стоя на подножке открытой дверки УАЗика, начмед Соболев сейчас был похож на Чапаева, летящего впереди на лихом коне! Даже суровость его лица сейчас была столь значимой, что у господ полковников появилось ощущение, как у пациентов стоматолога. Сейчас, здесь, капитан медицинской службы был главнее любого генерала. Он знал это. Это был его «звёздный час»!

– Отошли! Отошли все в сторону! – орал он на всех, невзирая на чины и звания, махая свободной рукой. Второй рукой он держался за стойку двери машины и, если бы махнул и второй рукой, то свалился бы. Премьера была бы сорвана. Господа полковники рассмеялись и немного потеснились в сторону. Вцепившись в наружную ручку боковой сдвижной двери, Игорь самоотверженно рвал её что есть мочи. Мочи не хватало. Видимо, от перекоса фюзеляжа её заклинило. Изнутри вертолёта тоже были слышны маты и сопение. Там, видимо, тоже пытались сдвинуть дверь.