– Много?
– Тысяч восемьдесят, еще лучше – сто.
– Рад бы вам помочь, Александр Иванович, – если б сам не был в долгах. А из посторонних людей без надежного обеспечения никто не даст.
– Завод и будет обеспечением. Поверьте, это выгоднее вашей шелковой мануфактуры. Поспрашивайте в кругу знакомых, не желает ли кто в интересаны вступить. Паи сделаю небольшие, рублей по тысяче. Можно даже по пятьсот.
– Видится мне, коли хотите сие дело сделать – не миновать вам вице-президентства: человеку, в сей должности состоящему, дадут охотней.
– Понимаю – да неохота новую службу со злоупотреблений начинать…
* * *
– Нет, господин генерал-адмирал! Благодарствую, больше судов не нужно!
– Слава богу, а то я уж думал, ты у меня пришел десяток линейных кораблей под свои товары просить. Брови-то опусти: шучу! Говорят, неплохо расторговался?
– Грех жаловаться! Судов к весне своих будет в достатке: два галиота заказал на Партикулярной верфи, еще два у Бажениных в Архангельске. Команды тоже в Поморье наберу. Боюсь только за подвоз с Урала: шлюзы вышневолоцкие размыло в нынешнем году. По санному пути выгоню мужиков возить железо из Торжка в Новгород. Хоть бы кто взялся канал исправить…
– Да вроде нашелся охотник: купец Мишка Сердюков. Родом то ли бурят, то ли калмык – у московского приказчика за приемного сына вырос. Добрый вышел детина: самому государю пропозиции подавать не боится.
– Надо ему посодействовать. У меня тоже к государю немало дел накопилось – но только если вы, Федор Матвеевич, одобрите.
– Опять торговые или по военной части?
– Те и другие. Первое, хочу с будущего лета на Адмиралтейство пиленый лес предложить – слышал, герцогу Ижорскому река Ижора учинилась непослушна, плотину каждый год почти рвет. Доски золотые выходят: расходы огромные, а толку мало.
– Голландцы строили. Видно, своровали.
– В их земле таких паводков, как здесь, не бывает. Да кто бы ни строил, у меня всегда дешевле выйдет, чем у Светлейшего.
– Хочешь к железу и дерево прибрать?
– Так связь прямая. Отвели мне лес под углежжение, посмотрел – жалко! Не по-хозяйски вышло бы деревья, кои всего вершком или двумя меньше указных, на топливо пускать. Макушки, сучья, горбыль – другое дело, все равно от распила половина в отходы идет. Из пней попутно смолу можно выгнать. А остальное на доски! Возле Ладожского озера два места, годных для плотины, мне приглянулись. Выбрать так и не смог. Упросил государя на оба: одно под железный завод, другое под лесопильный.
– Дело к тому идет, что на Рождество подпишут мирный трактат. Корабельное строение может убавиться.
– На городовое купят. Будет избыток – спрошу позволения за море отпускать. Да и на верфях лучше материал заранее запасать, чтоб хорошенько высох.
– Ладно, я не против. Только смотри, как бы Александра Данилыча против себя не настроить. По военной-то части что?
– Я вам о сверлении пушек уже рассказывал. На трехфунтовках способ испытан и, хотя в совершенство не приведен, первые результаты обнадеживают. Дороже литья, конечно, но точность стрельбы обещает умножиться больше, нежели цена.
– На что полковым пушкам точность? С трехсот шагов и так не промахнешься.
– В том-то и дело. Сия инвенция больше подходит тяжелой артиллерии, особенно корабельной. Генерал-фельдцейхмейстер Брюс смету опытовых работ прислал обратно с резолюцией, что из артиллерийских сумм оная смета целиком покрыта быть не может. Почему бы Адмиралтейству не взять на себя часть расходов?
– Не-е-ет, Александр Иваныч! Только при условии, что государь отдельной статьей на это денег даст! У меня люди месяцами сидят без жалованья.
– Надеюсь помочь вашей беде: прибылые доходы с железной торговли Его Величество на флот отписать изволил. Первую треть откупной суммы могу заранее внести. А уж вы мой запрос перед царем, пожалуйста, поддержите. И по другим изысканиям, коих планы летом представлял: насчет подводных мин и сопротивления воды движению судна…
– Господи, ведь никто в Европе такими опытами не занимается – ты же мне и говорил! Мы что, самые умные или самые богатые?! Куда нам поперед всего мира? Будет ли толк от этих изысканий, неведомо – а деньги улетят немалые. Шутка ли – линейный корабль на потопление просишь!
– Негодный корабль прошу, Федор Матвеевич. Который все равно в тимберовку или на дрова идет. К тому же – как потопим, так и поднимем: мне его не один, а четыре или пять раз утопить надо. Заодно команды обучим заделке пробоин.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу