Александр Конторович - Гвардия «попаданцев»

Лязг металла – обе выстроившиеся вдоль бортов шеренги берут оружие «на-караул». Залпом бьют орудия.

Кивок герцога, и эта парочка со знаменем спускается по трапу в лодку. Так, двоих он отослал… стукача удалил?

– Прошу вас, ваше сиятельство, принять также и оружие храброго командира полка – вашего сына!

А вот тут железный дядька дрогнул…

Взяв в руки шпагу, он как-то потух… ненадолго, но я это успел заметить.

– Если бы все солдаты и офицеры английской армии проявили бы такую храбрость и неустрашимость в бою, я не имел бы чести, ваше сиятельство, с вами сегодня беседовать.

– Генерал… вы сами присутствовали при этом бое?

– Полк маркиза атаковал мой штаб. Один, все прочие части были отправлены в другое место, и никто не оказал ему поддержки в трудную минуту.

– Как… как все это происходило?

– Полк развернулся в боевой порядок и атаковал прикрытие штаба. Не скрою, мы превосходили ваших храбрых солдат в скорострельности и дальнобойности. Любая другая часть – давно бы отошла назад. Но когда я услышал волынки… то так и сказал маркизу де Брега – эти не отступят! И они не отступили. Мы сошлись в штыковую, в моем оружии больше не осталось зарядов, многие офицеры были ранены… На наше счастье, к нам подмога подошла вовремя, чего не могу сказать об армии нашего противника. Никто не пришел к ним на помощь, хотя, насколько я знаю, полковник об этом просил неоднократно.

– Как он погиб?

– Мы сошлись в рукопашной схватке. Полковник был ранен раньше, но не покинул поля боя. Мы насчитали на его теле четыре раны – пулевую, осколочную и две штыковые… Это был храбрый человек и опытный командир, ваше сиятельство. Вы можете им гордиться! Он не посрамил славного имени!

Гордон внимательно на меня смотрит. Делает несколько шагов в сторону, знаком приказав своему сопровождающему оставаться на месте и мы, таким образом, оказываемся в относительном одиночестве. Насколько это вообще возможно на небольшой палубе.

– Генерал… «Ночной гость» – ваше имя?

– Мое, ваше сиятельство.

– Я слышал о вас… мнение такого противника – многое для меня значит. Вы – не из придворных шаркунов, и уж если говорите, что битва была тяжелой…

– И весьма, ваше сиятельство.

– Вы видели, как именно погиб мой сын?

– Увы, нет. Это было в стороне от меня. Там была такая свалка…

– Да, я это слышал. В бой вступили даже ваши музыканты.

– Ваши – тоже. Уцелел только один волынщик, его подобрали раненого.

Герцог некоторое время молчит, глядя куда-то вдаль.

– Что вы хотели от этой встречи, граф?

– Поверите ли – ничего! Здесь нечасто встречаются столь храбрые солдаты – имею в виду в английской армии. Я не первый раз схожусь с ней лицом к лицу…

– Наш полк – часть этой самой армии!

– Ваш полк – шотландцы, а это – храбрые солдаты, не чета прочим! Впрочем, ваше сиятельство, не мне об этом говорить – вы и сами все лучше меня знаете. Я просто хотел лично выразить свое уважение отцу храброго противника, раз уж такая возможность мне представилась. В первый раз, между прочим…

– Что ж, вы это сделали! И я вам благодарен за такую любезность, генерал!

– В таком случае, ваше сиятельство, позвольте мне откланяться. Все-таки – наши страны официально находятся в состоянии войны, и мне не хотелось бы ставить вас в неудобное положение.

Гордон выдвигает из ножен шпагу и осматривает клинок. На нем видны зазубрины – хозяин явно рубился в полную силу.

– У вас есть при себе монета, генерал?

– Есть, – демонстрирую ему золотой. – Подойдет?

– Подбросьте его…

Щелчком отправляю монету вверх.

В-з-з-жик! Бзынь-нь!

И по палубе прыгают две половинки разрубленной денежки… а герцог невозмутимо прячет шпагу в ножны. Наклоняется и подбирает обе части монеты. Кладет одну из них в карман.

– Возьмите, граф – протягивает он мне вторую. – Когда прибывший человек покажет мне это, я пойму, что могу говорить с ним – как с вами. Война не будет вечной…