Сергей Чехин - Пламенные Сердца. Испытание Веры

Добравшись до водопада, полуоборотень набрал полное ведро — половину вылакал в присест, остальное вылил на голову.

— Ух, жара. Все бы ничего, но ходить круглый год в шубе — то еще удовольствие.

— Солнце садится, — тихо сказал Кристан, глядя на уплывающий за лес янтарно-алый шар.

Рохля опять набрал воды и со всего размаху выплеснул прямо на парня. Бедняга от неожиданности взмахнул руками и шлепнулся на пятую точку, фыркая и кашляя под хриплый хохот волка.

— Что ж ты такой растяпа-то? Весь обрызгался. Беги штаны меняй, пока не простудился.

Кристан скрипнул зубами, рывком поднялся и пошел прямо на обидчика. Вере вновь пришлось вмешаться, но в этот раз девочка приняла сторону сверстника. Гневно зыркнув Рохле в наглые глаза, сирота указала пальцем на крепость.

— Ты чего? — обиженно протянул волк, но указующий перст даже не дрогнул. — Прогоняешь? Ну и ладно! Пусть сопляк тебе помогает!

Бросив ведра, Рохля сунул руки в карманы, сгорбился и побрел к воротам, уныло насвистывая и пиная камешки по дороге.

— Нечисть поганая, — тихо бросил вслед парнишка, выжимая конский хвост. — Ничего, сами справимся.

Кристан просунул стопы под заборчик, наклонился и подставил ведро под холодные струи, после чего передал спутнице. Девочка в свою очередь накинула ручки на крюки коромысла, подлезла под деревянную дугу и медленно выпрямилась, едва слышно скрипнув зубами.

— Эй, с ума сошла?! — воскликнул Кристан. — Давай я понесу, надорвешься!

Но Вера ничего не ответила, продолжив осторожно чеканить шаг. Первое время коромысло водило из стороны в сторону, вода расплескивалась, но к середине пути подсобница приноровилась держать равновесие.

— Ну ты даешь, — изумленно произнес кузнец. — Но котел все равно помогу драить, даже не думай отнекиваться.

— О, какая работящая, — сказал дозорный у ворот, и лишь эти слова помогли девочке дойти путь до конца.

Поставив коромысло у котла, она в бессилье опустилась на лавку и подперла подбородок ладонями.

— Отдыхай-отдыхай, — сказал Кристан. — Сейчас все сделаем.

Кузнец сбегал в пристройку, взял там черенок от мотыги и обмотал куском мешковины — получилось нечто вроде огромного факела. Набросав в чугун песка с учебной площадки и полив водой, парнишка с усердием взялся за чистку. Но не прошло и минуты, как со стороны келий донесся громкий стук по камню, а вслед за ним — не менее громкий и строгий голос:

— Не припоминаю, что поручил тебе чистить котел.

Кристан вздрогнул, выпрямился и ответил, слегка заикаясь:

— Я… просто… ну… помочь хотел…

— Иди спать, — велел наставник. — А ты учись не перекладывать работу на чужие плечи. Если, конечно, хочешь стать Пламенным Сердцем, а не драить посуду до старости.

Нестор развернулся и скрылся за дверью, стук его посоха еще долго гудел в серых коридорах.

Девочка сражалась с накипью и пригоревшими шкурками битый час, потом еще столько же вымывала песок. Солнце давно село, крепость погрузилась во мрак, разгоняемый лишь факелами стражников на стенах. Сил идти до комнаты не осталось, Вера привалилась к еще теплому чугунному боку и мгновенно уснула.

И не заметила, как чьи-то руки бережно подняли ее и отнесли в келью.

На рассвете Веру разбудил колокол. Он позвонил всего один раз, но очень громко и протяжно — как набат. Сразу после этого остатки дремы сдуло хлопаньем дверей и гулкими шагами. Жители крепости так торопились по рабочим местам и постам, словно под стенами появилось вражеское войско.

На выходе из дома девочку остановила Арина и жестом велела следовать за собой. Подсобница привела сироту к амбару и попросила отнести к столу соленых огурцов. Пришлось вылавливать их из бочки сачком и насыпать в ведра. Девушка же с помощью Рохли повесила котел на крюк, разожгла костер и принялась за готовку.

Проходя мимо кузницы, Вера краем глаза взглянула на Кристана. Парень сидел на пеньке перед наковальней, склонившись над небольшой железной пластинкой и что-то выбивал на серой глади зубилом и киянкой. Он словно почувствовал взгляд и холодно зыркнул на девочку исподлобья. Сирота дернула головой и ускорила шаг.

— Иди-иди, нечего глазеть, — проворчал кузнец под нос и сдул стружку с пластины.

После чего вернулся к заданию, знак за знаком покрывая железо ровным красивым письмом. Молодой северянин так увлекся, что перестал слышать привычный гул крепости. Он всегда уходил в работу с головой и не обращал внимания на снующих по двору привратников и подсобников. От любимого дела его могло отвлечь лишь нечто совершенно сверхъестественное. Например, девчонка. Или соленый огурец, внезапно возникший прямо перед лицом.