Сергей Чехин - Пламенные Сердца. Испытание Веры

— Что с ними?

— Роман убит, Роксана обращена.

— Повтори.

Аскет глубоко вздохнул:

— Клан обратил ее, брат. Теперь она одна из них.

— Уверен?

— Сам видел. Ошибки быть не может.

— Видел? Значит, уничтожил?

— Прости… Не смог на глазах у ребенка…

— Дурак! — рявкнул старец и грохнул по столу пудовым кулаком. — Хоть понимаешь, во что это выльется?! Ты отпустил на волю Темный клинок! Поздравляю!

— Темный клинок? Кто это? Ты никогда не рассказывал ни о ком подобном. Меч Роксаны в самом деле был объят чем-то, похожим на черный огонь. Кем она стала, Нестор? Что твари сделали с моей ученицей?

— У всего есть другая сторона, — успокоившись, продолжил наставник. — Пламенное Сердце, обращенное в миг величайшего отчаяния, становится сгустком первородной Тьмы. Обычно мы погибаем с осознанием праведности нашего дела и умиротворением перед встречей с вечным Светом. Роксану одолевали иные чувства. — Нестор обмакнул кончик пера в чернила. — Она страшно боялась за ребенка и от безысходности непроизвольно воззвала к Тьме. Знаешь, как обыватели иногда кричат «черт побери», ударив молотком по пальцу? Несмышленыши ведь совершенно не понимают смысла сказанного, для них эти слова просто присказка. Но в нашем случае Тьма откликнулась, превратив глупую бабу в самое сильное свое порождение.

— Чем это грозит?

— Войной, вот чем. Никогда прежде на Острове четырех князей не заводилось столь великое зло. Остается надеяться, Клан не ведает, какой козырь попал ему в лапы. Иначе очень скоро упыри перейдут в наступление, а нас осталось крайне мало, и большинство странствует по миру. Пока все соберутся, крепость десять раз падет. Будем молить Свет, что обращение бедняги — случайность.

— Уверен, так и есть.

— Объяснись.

Андрей рассказал во всех подробностях о битве с отрядом вампиров в заброшенном поселке углежогов. Раз мастер Арон отправил Роксану на столь опасное задание, значит, не знает о ее истинной ценности. Иначе держал бы под боком под усиленной охраной и не рисковал почем зря.

Старец долго молчал, обдумывая услышанное. После тихо молвил:

— Возможно, ты прав. Возможно, нет. В любом случае, ничего хорошего ждать не приходится.

— Кое-что хорошее все же есть. У девочки дар.

— Дар, — хмыкнул Нестор. — Это понятие придумали невежды, дабы не утруждаться вниканием в суть Пламенных Сердец.

— Тем не менее, Вера одна из нас. Она самоотверженна, бесстрашна и нетерпима к Тьме.

— Бесстрашна, говоришь? — Наставник отложил перо и размял затекшие пальцы. — Не путаешь ли ты бесстрашие с безумием?

— Я уверен в ней как в самом себе. И смиренно прошу позволить обучать ее. Хотя бы первое время.

— А она того хочет?

— Не хотела бы — не прошла бы весь этот путь. И не спасала бы меня, не жалея живота.

— Даже такое случалось? — собеседник приподнял бровь, не отрывая взгляда от быстро заполняемого строчками листа. — Чаша весов все сильнее склоняется к безумию, Андрей.

— Глупо гнать прочь будущую сестру.

— Глупо щадить Темный клинок. Ну да ладно, что сделано — то сделано. Ты знаешь правила, а твоя подопечная — нет. Зови ее.

Аскет кивнул и широко улыбнулся, хотя старец никак не мог это увидеть. Уходя, он молвил с порога:

— Только она немая, кажется. Не требуй от нее сложных ответов.

Нестор стиснул зубы, сжал кулак, но ничего не сказал.

Когда девочка пришла, он сел вполоборота и строго спросил, глядя сироте прямо в глаза:

— Ты жаждешь стать Пламенным Сердцем? Готова посвятить всю себя борьбе с Тьмой и отдать жизнь во благо смертных?

Вера медленно кивнула, сверля пронзительным взором человека напротив.

— Посмотрим, не изменится ли твое решение спустя неделю-другую. У нас тут не княжеская здравница. Работать придется много, а учиться усердно. Если, конечно же, ты вообще дотянешь до обучения.

Нестор выждал немного, но так и не заметил на лице сироты хоть каких-то изменений. Все та же фарфоровая маска с голубыми огоньками.

— В крепости постоянно живут только привратники и подсобники. Первые — стражники, вторые — чернорабочие. Сперва я назначу именно к ним. Будешь помогать Арине с огородом и шитьем, таскать воду, готовить и прибираться. Неважно, что ты маленький щупленький ребенок. Котлы, мотыги и ведра для всех одинаковы, уяснила? Вот и славно. Грамоту знаешь?

Девочка кивнула.

— Отлично, одной морокой меньше. Рабочий день длится от рассвета до заката. Испытательного сроку даю один месяц. Не будешь лодырничать, жаловаться или пытаться сбежать — может быть, разрешу обучаться бою на мечах. Может быть, поняла? А может быть, продлю испытание трудом на полгода… или год. Хочешь стать одной из нас? Впечатли меня.