Анастасия Гофман - Печать силы

– Как ты меня назвал? – прищурившись, переспросила девушка, смерив наставника презрительным взглядом. – Вилка?! Я тебе что, столовый прибор?!

– Вот опять… – протянул парень. – Ты слишком много нервничаешь, причем по пустякам.

– Ах, простите, это сказал человек, который знает меня всего четыре дня!

– Терпение – твое единственное лекарство. Еще благодарить меня будешь.

Как бы сильно Вилена ни хотела возразить, она не могла этого сделать. И правда, эта школа – нечто совершенно новое. И судя по всему никто не станет заступаться за вечно недовольную, резкую и в целом неприятную особу. Сейчас нужно завести союзников, а не наживать новых врагов.

– Так и быть, постараюсь держать себя в руках. Но скажу сразу, что я ненавижу привыкать к новым местам и уж тем более плясать под чужую дудку. Хватило мне и предыдущих переездов…

Девушка заметила низкую скамью у стены и тяжело опустилась на нее. Наконец, напряжение в ногах спало, но Вилену все еще продолжало изредка трясти от холода.

– Надеюсь, хотя бы этот раз будет последним.

– А если тебе здесь не понравится? – парень сел рядом с напарницей, школьная сумка девушки как раз поместилась между ними.

– Мне уже не нравится, но лучшее, что я могу сделать, это адаптироваться, ведь верно? Раньше родители постоянно работу меняли, поэтому мы надолго не задерживались в одном и том же городе, – Вилена мысленно перенеслась в то, казалось бы, далекое детство. – Знаешь, я терпеть этого не могла: только находила единомышленников, и тут на тебе, «Виленочка, мы переезжаем». Но теперь-то я понимаю, почему это происходило. Они не хотели, чтобы мы вернулись сюда. Знай я об этом раньше, сама собирала бы вещи каждые несколько месяцев. Только бы все осталось, как прежде.

– Они хотели как лучше, – Павел смерил девчонку изучающим взглядом, заметив, как в ее глазах блеснула тихая бессильная грусть.

– Как лучше? Я понятия не имею, как было бы лучше. Они убили четверых человек, и, по-моему, это к «лучшему» уж точно не относится.

На улице послышались крики учеников, веселый смех и откровенные истерические припадки. Вилена не проявила к этому никакого интереса. Задумчивость никак не отпускала ее. В памяти вновь всплыли счастливые моменты из прошлого. Родители, друзья, знакомые… Все то, чего теперь не было.

– Иди, если хочешь, а я что-то замерзла на улице, – девушка говорила спокойно, хоть в голосе и чувствовалось неподдельное раздражение. – Когда начнется урок?

Она тут же бросила взгляд на свои часы.

– Черт, забыла их перевести, – Вилена растерянно взглянула на запястье Паши. Грузные черные часы были слишком далеко, чтобы рассмотреть циферблат.

– 12:20. Еще пять минут до начала. Вместе пойдем, тебе лучше не оставаться одной.

– Почему это? Не имею права на уединение? – она натянуто улыбнулась, пытаясь подкрутить стрелки часов. Пришлось немного повозиться.

– В том-то и дело, что кто-то может захотеть его нарушить.

Они встретились взглядами: растерянные темные глаза девчонки пытались рассмотреть в чужих синеватых глазах толику понимания, но натолкнулись лишь на холодную серьезность.

– Хотела бы и я научиться такому спокойствию, – Вилена отвернулась, пальцы тут же вцепились в ремешок сумки. – Иногда кажется, что я становлюсь сумасшедшей. Знаешь, как в дурацких анекдотах про нервных дамочек. Раньше я считала, что таких людей не бывает, а теперь сама превращаюсь в нервную истеричку…

Она невесело усмехнулась, Павел всматривался в ее лицо и на мгновение улыбнулся. Девчонка этого не заметила.

– Тебе просто нужно научиться расслабляться. Это совсем не сложно.

– Для тех, кто знает, как это делается…

– Давай, – резко сказал Паша, повернувшись к девчонке всем телом.

– Что давать? – глупо переспросила она, таращась во все глаза на наставника.

Он протянул раскрытую ладонь, Вилена громко сглотнула, мысленно укоряя себя за чрезмерное недоверие и страх. Она боялась прикоснуться к чужой руке, но все же сделала это. Пальцы Паши оказались холодными, отчего по всему телу девчонки проскользнула дрожь.

– Не бойся, – тихо сказал он, давя улыбку. Растерянный вид девчонки его забавлял. – Это не больно.

– Я не боюсь, – тут же отмахнулась Вилена, специально сильнее сжав его пальцы. – Просто ты холодный, как труп.

По комнате пронесся мощный поток невидимой энергии. Она казалась холодной и острой, словно осколок льда. Девушка невольно зажмурилась, прежде чем поняла, что происходит. В этот момент сила сменила «полярность», и вдруг стала теплой и мягкой, подобной облаку, каким его представляют дети. Мягкое, легкое и теплое. Великое заблуждение детства.