Анастасия Гофман - Печать силы

– Ну что? Что ты видел?

Паша открыл глаза, наполненные чужим страхом и неуверенностью, но эти эмоции пропали с его лица, стоило моргнуть. Юнна в нетерпении нависла над ним, протягивая стакан теплой воды.

– Ты нашел их?

– Дай листок, мне нужно записать.

Белоснежный клочок бумаги уже давно ждал своей очереди – парень быстрыми движениями написал адрес, увиденный им в сознании Вилены.

Это нападение отлично отвлекло девушку от необходимости защищать свое сознание. Как только в ловушке, установленной в разуме Вилены, появилась брешь, Паша проник в нее в поисках необходимой информации. Он нашел обрывки воспоминаний, связанных с больницей, где находилось настоящее тело Владимира, и этот самый кусочек уведенного ею названия. Проклятая память не стерла это мгновение, а запечатлела его на долгое время, пусть сама Вилена и не подозревала об этом. И вот эта яркая вспышка просочилась в чужой разум, дав подсказку врагам.

– Отлично, у тебя получилось, – Юнна горячо обняла напарника.

Она была в предвкушении скорой расплаты. Ей не терпелось отправиться навстречу прошлому, увидеть Владимира, и завладеть им, чтобы вдоволь насладиться местью.

– Выезжаем немедленно. Они не должны успеть забрать его.

– Я заправил бак еще утром. Ты уверена, что у нас получится избавиться от него раз и навсегда?

– Да, я знаю способ сделать это, – глаза девушки загорелись пламенем жестокости. – Он заплатит за то, что сделал с твоим отцом, с нашей семьей. Пришло время расплаты.

Это чувство, возникшее глубоко внутри парня, как только он выбрался из чужого сознания, не хотело растворяться. Он ожидал увидеть другое: страх, отчаяние, боль, – но заметил только влечение и сомнения, посвященные Владимиру.

Как она могла поступить так? После всего, что Паша сделал для нее, Вилена оказалась на стороне убийцы его отца? Такого предательства он не мог простить. Это было так подло…

Поэтому не прошло и двух минут, как они уже выехали с территории школы, оставив у ворот несколько человек охраны на всякий случай. Жизнь, кипевшая внутри этого здания, была намного дороже, чем жизнь Вилены. Никто не должен был пострадать.

Ванили уже давно не было в школе. Она так и не вернулась после той ссоры с Пашей и Юнной, решила разобраться по-своему. Паша совсем забыл о подруге, его волновали лишь собственные чувства, уязвленное эго и безответная любовь к Вилене, которая теперь могла превратиться в ненависть.

Она уже в нее превращалась.

Все они, эти люди, пытались манипулировать Пашей с самого начала, и лишь Юнна казалась ему единственным понимающим человеком. Она никогда не бросала его. Она всегда была рядом, на его стороне, пусть иногда ей и приходилось ставить рамки и отдаляться, позволяя Паше взрослеть независимо от нее. Это была та девушка, которая знала, как его поддержать, которая понимала, что он чувствует, ведь ее тоже лишили дорогого человека.

«Оно того стоит?» – шепнуло подсознание, желая достучаться до разума Паши.

Но он не слушал даже самого себя. Он был взбешен предательством, одурманен скорой расплатой. Он мечтал увидеть глаза Вилены, растоптать ее так же, как она сделала это с ним.

– Что я должен делать?

– Я не могу сделать всего сама. Я заблокирую сознание Владимира, а ты убьешь его тело.

– Как?

– Как пожелаешь, – резко ответила девушка, всматриваясь в пустую дорогу перед собой.

Они уже были за пределами города, где тьма владела округой до самого восхода солнца.

– Я бы, конечно, хотела сделать все сама, но тогда я не смогу залезть в его голову.

– Зачем тебе лезть ему в голову?

– Хочу посмотреть в глаза человеку, который пытался меня убить. Он украл всю мою жизнь, сделал уродом, а потом уничтожил того, кого я действительно любила. Да, я хочу посмотреть в его глаза, прежде чем он сдохнет.

– Ты начинаешь терять голову. Не ты ли учила меня хладнокровию? И что делать, если Вилена вернется? Все ученики будут в опасности.

– Не волнуйся об этом, мы будем готовы и встретим ее по высшему разряду. Не зря же все так усердно тренировались, вот и устроим экзамен.

– Это лишнее.

– Я буду решать, что лишнее!

Паша замолчал, осознав, что Юнна не может спокойно рассуждать. Ее слишком поглотила тьма, пробудившаяся в ее душе после смерти Адама. Тьма была и внутри Паши, но она постоянно рассеивалась, стараясь покинуть лабиринт, который когда-то запечатал в нем всю силу отца.

Пустота внутри парня становилась густой и холодной. Силы приходили извне, захватывая по новой жертве через каждые несколько километров пути. Так огромны были щупальца поглотителя, что парню даже не нужно было видеть свою жертву, свой допинг, чтобы вдоволь напитаться энергией.