Анна Бессонная - Битва за мир (СИ)

— Именно так. Марионетки. И ими останетесь, — подтвердил Мэннинг. Среди экипажа пробежал возмущённый шепоток, Аллония презрительно усмехнулась, а Зерф насторожился, точно предчувствовал драку. Но Финли больше не собирался терять над собой контроль.

— Отказ наручников — тоже ваша работа?

— Наша. Не планирую пока возвращать их в строй. Верну позже. Как только влияния "Ареса-М" окажется достаточно, чтобы контролировать государственную политику… если к тому времени останется что контролировать.

— И будет контролировать, сволочь! — хохотнул Зерф.

Снова повисла пауза. Фин думал, опять щурясь на Мэннинга. Мэннинг жёстко усмехался, и на его добром мягком лице эта усмешка выглядела неудачной видеообработкой.

— Ктамак ещё дальше от Земли, чем Мерхия. Почему именно здесь? — наконец поинтересовался он.

— Потому что, — не сразу проговорил Мэннинг, — это единственное место, где мы смогли скрыться. Я и трое программистов. На всех остальных планетах и в колониях нас моментально узнает любое устройство.

Финли медленно кивнул. Он узнал всё, что хотел.

— Удачи, — сказал он, поднимаясь. — Зерф, ты говорил, у тебя есть хакеры.

— Это завтра, — Зерф тоже встал. — Один сейчас в Ктаворе, я его вызвал. Второй шляется где-то на Тергаре, его выдерну, если Аюрс ничего не сделает. Ладно, если вы передумали друг друга убивать, я пойду.

— Не стал бы я никого убивать, — буркнул Финли.

— Мне плевать, кого ты там можешь прикончить под горячую руку, но очень не хотелось бы тебя казнить, когда до этого дойдёт, — буднично сообщил Зерф и направился к одному из выходов, возвышаясь над разношёрстной толпой. Экипаж "Джетта-101" остался наедине с Мэннингом.

По залу прошёл потрёпанный однорукий мерхианец, гася часть осветительных приборов. Жёлтые глаза его почти неотрывно смотрели в пол. На Мерхии отрубанием руки каралась государственная измена, и наказание было очень длительным и болезненным. Фину вдруг стало интересно, что такого натворил этот несчастный.

Публика, увидев, что половина ламп погасла, засобиралась, и Кайо встряхнулся. Мэннинг опять сидел, уставившись в компьютер, но Алгеас уже начал о чём-то спрашивать бывшего главу "Ареса-М". Бедлам, лучше бы Аллония их всех просто отключила на время.

— Пойдём. После выключения света здесь не принято задерживаться.

— Да? — отвлёкся Мэннинг. — А я задерживаюсь.

— Значит, все уже знают, что вы чужак, которому не следует доверять… На корабль. Всё, что можно, мы уже выяснили.

— Кайо, ты всё-таки придурок, — процедил Алгеас, стоил экипажу выйти из зала и попасть в тёмный коридор. — Ты хоть понимаешь, что можно было договориться с Мэннингом? Он мог бы в два счёта устроить нам деактивацию наручников. И всё! И свобода у нас в кармане!

— Действительно… — пробормотал Финли, отталкивая ногой с дороги камни и какие-то железки. — Только в кармане окажемся мы. У него. Ты слышал, что он сказал? "Марионетки и ими останетесь". Не стал бы он нам помогать просто так. Сначала стребовал бы сотню услуг на своих условиях. Но когда-нибудь, и очень скоро, ему понадобится помощь, и тогда он обратится к нам уже на наших.

Некоторое время тишину прерывало только глухое шарканье ног и злобное шипение Талассы. Она упрямо отказывалась носить другую обувь, а на каблуках здесь было невозможно идти.

— А если не понадобится? Кайо, тебе гордость настолько застила глаза? — встрял Летнейс.

— Если он только увидит, что нам больше не к кому обратиться… — медленно сказал Финли, — то станет использовать столько, сколько ему потребуется. Но я ничего не запрещаю. Пробуйте. Пока наручники не работают, я вам не начальник.

Он открыл дверь, впуская команду в двухъярусный входной отсек с мини-стоянкой для шаттлов. В коридоре, ведущем вглубь корабля, зажёгся свет, но никто не спешил входить.

— Это правильно, — усмехнулся Алгеас. — Поэтому я вернусь и обращусь к нему прямо сейчас. Можешь искать обходные пути, Кайо.

Он развернулся и скрылся в темноте, ловко ступая по неровному полу.

— Отлично, — сказал Финли. — Ещё желающие?

Желающих, вопреки ожиданиям, не нашлось.

— Думаешь, Мэннингу действительно потребуется наша помощь? — спросила Аллония, оставшись с Финли наедине в открытом дверном проёме, из которого в полуобсыпавшийся коридор лился тусклый свет.

— А сама ты что думаешь обо всём этом? — вкрадчиво переспросил он.

— Думаю, что веселье ещё впереди, — отшутилась она.