Ирина Шевченко - Дочь Хранителя

— Смотри, Галчонок! — погрозил мне пальцем Эн-Ферро. — Будешь вместо учебы ерундой заниматься, завезу в Угрюмый лес, найму тебе персонального репетитора и запру тебя с ним до полного овладения даром.

— Ну, если очень симпатичного репетитора, — мечтательно промурчала я. — То можно и до полного овладения…

Нет, не с моим счастье. Скорее всего мне подсунут какой-нибудь раритет вроде Триара, или вообще злобную тетку, типа нашей Кьярны — наставницы по демонологии, которую, по слухам, боятся не только ученики, но и сами демоны.

"24 октября. Марони.

У Галлы великолепная память. Скорость, с которой она усваивает новые знания, поражает. Прочла уже почти всю литературу, купленную для первого курса, постоянно приносит что-то из библиотеки, что-то покупает в городе. Не скажу, что все эти книги имеют отношение к учебе, но скорость, с которой она их проглатывает, впечатляет, как и то, что все прочитанное или услышанное девочка способна повторить спустя время практически слово в слово. И это притом, что в повседневной жизни она бывает невероятно рассеянна: не может вспомнить, где положила какую-нибудь вещь, забывает снять с огня кастрюлю или вытряхнуть угли из утюга"…

Лайс отложил перо и еще раз перечитал запись. Может не стоит про утюг и кастрюлю? Иначе Рошан решит, что Галла только тем и занята, что хлопочет по дому. Как же тогда написать?

Он достал чистый лист и расчертил его надвое. Слева — дракон. Справа — человек. Дракон умный, ответственный и рассудительный. Человек взбалмошный, поверхностный, иррациональный…

Нет, снова не так! Смятый лист упал на пол, а на его место лег другой, так же разделенный напополам вертикальной чертой. Дракон и человек. Человек в двадцать шесть с половиной лет — взрослая, сформировавшаяся личность. Дракон в этом же возрасте…

Заскрипели, открываясь, ворота. Выглянув в окно, Лайс увидел троих мужчин, хозяйским шагом направившихся к крыльцу. Двое — в коричневых куртках городского патруля, а на третьем, по-видимому, главном среди них, был свободный серый плащ, тоже, казалось, форменный, но на принадлежность к какой из городских структур он указывал, Лайс не знал.

Магистр Пилаг пригладил волосы, проверил, защиту и скрывающий когти морок, дождался стука в дверь и лишь затем пошел открывать.

— Чем могу служить? — улыбнулся он как можно дружелюбнее.

— Тэр Эн-Ферро? — уточнил человек в плаще.

— Да.

— Вы позволите войти?

Отказывать представителю властей, было бы неосмотрительно.

— Конечно. Прошу вас.

О том, что у них принято разуваться на входе — на этом настояла Галла — предупреждать не стал.

— Лодер Гилло, — представился мужчина. Его спутники остались снаружи. — Представляю местный отдел контроля перемещений граждан и гостей нашего королевства.

На лице карда отразилось недоумение. Причем совершенно искреннее. Миграционная служба? Здесь? Однако!

Не менее удивленным выглядел и сам гость. Наверное, его поразила обстановка комнаты, а которую пригласил его Эн-Ферро. Галла попыталась превратить свое новое жилище в "обычную трехкомнатную квартиру" и созданный ею интерьер мало соответствовал что крестьянскому, что мещанскому быту Кармола. По обе стороны от камина, который по теплому времени пока еще не растапливали, стояли мягкие кресла, у стены — длинный, широкий диван ("Мне не только сидеть, мне еще и лежать!"), в углу стол, над ним — картина, изображающая штормящее море. Вдоль противоположной стены то, что девушка почему-то называла "стенкой" — книжный и платяной шкафы, сдвинутые вместе. А самое главное, толстый шерстяной ковер на полу. Вот на этот-то ковер и смотрел тэр Гилло, застыв на входе. Видимо, догадался, что топтаться по нему в обуви у хозяев не принято.

— Может быть чая? — предложил Лайс, показывая на дверь кухни — там ковров не было.

— Не откажусь.

Кухня была вполне себе обыкновенная — печь, посудный шкаф, стол и два табурета. Во всем доме их и было только два, так как устраивать многолюдные приемы Эн-Ферро не планировал.

— У вас здесь… интересно, — произнес, присаживаясь гость. — Я по должности часто бываю в домах ваших… ммм… земляков. Большинство из них живет в городе… Точнее, все они живут в городе… А вы вот…

Видимо, это был первый вопрос.

— Мы с сестрой выросли в Дубравах, — пояснил Лайс, ставя на стол чашку с травяным отваром, — к городам не привыкшие. Людно там.

Слово "людно" прозвучало немного двусмысленно, так, будто ему не нравятся, что город людской, а не эльфийский, к примеру, или орочий.