Андрей Васильев - Снисхождение. Том первый [СИ]

— Вот выжига — не выдержал брат Мих.

Я коротко глянул на него и выложил на стол монеты. Мне любая помощь нужна, потому как я пока даже не представляю, что делать.

— Я с тобой Жужелку пошлю — лапка пикси без труда нашла деньги и очень ловко сгребла их со столешницы, монеты даже не звякнули — Она вам короткий путь под землей покажет, который к Академии ведет, к ее внутренним помещениям. Так просто вам в них не попасть, теперь туда абы кого не пускают. Ну, и заодно посмотрит своими глазами на то, что ты учудишь. Нет, я-то тебе верю, тем более с тобой рыцарь, который врать не станет, но все-таки так мне будет спокойней. Ну что, искатель приключений, мы договорились?

— Договорились — вздохнул я.

Пакость. Нет, я не скажу, что для меня представляет сложность насвинячить ближнему своему — но это в той, реальной жизни. А здесь, да по заказу, да ректору Академии Мудрости, которого я видел всего один раз и который мне лично ничего плохого не сделал! Плюс — в городе, где меня ищут все стражники.

Дурдом какой-то.

— Кликни Жужелку — приказал дед Торч, и брат Мих выполнил его пожелание.

Я тем временем подошел к друзьям

— Может, это? — прошептал мне Флоси, взъерошив бороду и почесав щеку — Может на стол этому ректору… Того… Ну, ты понимаешь, ярл! Я, если надо — запросто. У меня давно живот крутит.

— Банально — поморщился брат Мих — Ради правды, мне кажется, что старик не врал, у него и правда ум за разум зашел.

— Сделать пакость Эразмусу дар Фронбаху, ректору Академии? — Гунтер выглядел обеспокоенным — Очень неблагоразумно. Он хоть на вид и дряхл, но при этом очень влиятелен и очень мстителен. Я наслышан про его характер.

Не знаю, не знаю. В нашу единственную встречу, в ночь переворота, он мне влиятельным не показался, он только присягнул, по сути, княгине Анне, явно перетрусив — вот и все.

А вот интересно — сын Анны, как там его? Вайлериус. Он вроде при Академии собирался остаться. Так, может, и остался?

— Идем? — подошла к нам чумазая Жужелка, получив наставления от деда Торча — Я вас выведу на третий этаж Академии, на нем находится ректорат. А дальше вы сами, я только смотреть буду.

— Пошли — невесело согласился я.

А что тут торчать? На местности надо ориентироваться.

Жужелка была куда лучшим проводником чем Фляк, она шустро скользила по переходам и тоннелям, на жизнь не жаловалась и радостно хлопала в ладоши, подбадривая нас, когда мы в сердцах попутно вырезали дюжину бандитов.

— Почти пришли — сказала она нам, когда мы из очередного тоннеля вышли в очень просторный и достаточно темный зал — Отсюда много куда попасть можно, вон там есть двери, и каждая куда-то ведет.

И правда — с противоположной стороны зала были видны прямоугольники, к каждому из которых вела своя лестница.

— Статуи — заметил Гунтер, оглядываясь — Не похоже на канализацию.

— Дед рассказывал, что когда-то тут проводили обряды — пояснила Жужелка — Очень давно. Это уже не подземелья, это, считай, часть города. Нам вон туда.

Мы двинулись в указанном направлении и в этот момент послышались шаги — из соседнего с нами тоннеля вышла группа людей, одетых в черное.

— Опять бандиты? — недовольно произнес брат Мих, обнажая свою саблю.

— Тут они не ходят — пискнула Жужелка — Сюда вообще почти никто не ходит, место не очень хорошее.

Люди заметили нас и в руках у них сверкнула сталь.

— Это уже интересно — заметил я достаточно громко, доставая меч.

— Знакомый голос — задумчиво произнес один из людей в черном и махнул рукой, приказывая своим спутникам остановиться — Хейген, дружок, это ты?

— Собственной персоной — не стал скрывать я, поражаясь тому, что даже здесь бродят люди, которые меня знают — Мы знакомы?

В отличие от своего собеседника, я его голос не узнал и теперь гадал — с кем меня свела судьба в этом забытом всеми богами месте? И чем эта встреча кончится?

— Не сказал бы, что накоротке, но да — человек в черном подошел ко мне поближе и скинул с головы капюшон.

— Мастер Витольд — охнул я, увидев на самом деле знакомое мне лицо — Вот же! А мы только-только с братом Юром вас вспоминали!

— Надеюсь — тихим, незлобивым словом? — засмеялся он — Старину Юра, надеюсь, потешило мое падение с высот горних?

— Да нет — то ли расстроил, то ли порадовал я его — Напротив, он мне показался даже немного расстроенным этим фактом. Вы же с ним друзья, насколько я понимаю, причем давние.