Андрей Кощиенко - Файтин!

— Я же изгоем стану!

— Зато здоровой будешь! Давай, справку тебе сделаю, что тебе пить нельзя? У меня доктор знакомый есть.

— Какой еще знакомый доктор?

— Из дурдома…

— Что-оо?!

— Психиатр. Он, конечно, не по профилю, но уверена, что сможет посоветовать хорошего специалиста. Врачи, они все друг друга знают… Одна мафия…

— О чем ты говоришь? Что значит — мафия?

В этот момент в гостиную входит мама.

— Красавицы мои, — говорит она, устало опускаясь рядом с ними на пол, — что вы так расшумелись? О чем так громко спорите?

— Пытаюсь отправить онни к врачу, — нахмурившись, отвечает ей Юн Ми.

— К врачу? — удивляется мама и смотрит на Сун Ок, — зачем?

— Пусть посмотрят, почему у нее бок болит. И запретят водку пить, — объясняет ей Юн Ми и ворчливо добавляет, — Может, врачей хоть будет слушать…

Мама переводит взгляд на старшую дочь.

— Я не пью водку, — оправдывающимся тоном говорит она ей, — только соджу.

— Какая разница! — перебивает ее Юн Ми, — лучше бы уж водку пила! Все чище, чем эта сивуха!

— Соджу — не сивуха!

— То-то так тебя с нее прет! Еще коньяк к ней там мешаете! Вообще сдурели…

— Юн Ми, ты неуважительно разговариваешь со старшей сестрой, — фиксирует нарушение правил мама.

— Трудно уважать пьяницу, — буркает в ответ Юн Ми.

— Я не пьяница! — вспыхивает лицом Сун Ок.

— Тихо! — шлепает ладонью по полу мама, — тихо!

— Юн Ми, не смей так разговаривать со своею старшей сестрою. Немедленно извинись!

— Прости, онни, — с недовольным видом произносит Юн Ми, выполняя приказ, — наверное, я была излишне эмоциональна…

Явно ожидавшая другую формулировку извинения, мама несколько мгновений озадаченно смотрит на младшую дочь, но решает не акцентировать на этом внимания и переключается на более важное, на Сун Ок.

— Доченька, — говорит она, обращаясь к ней, — твоя сестра перед тобою извинилась. Она была к тебе неуважительна, но это произошло лишь из-за того, что она сильно переживает за твое здоровье. И меня оно тоже беспокоит. Не слишком ли ты увлекаешься выпивкой?

Поджав губы Сун Ок опускает голову и смотрит в сторону.

— Мама, разве я могу отказаться? — тихо говорит она, — всех приглашают на хвесик и меня… тоже. Если я стану отказываться, тогда буду сидеть одна…

Мама качает головой, грустно смотря на дочь.

— Надо сделать справку! — «бодрым трактором» влезает в разговор старших Юн Ми и начинает объяснять Сун Ок, — Что по состоянию здоровья тебе пить нельзя. Ты идешь со всеми на хвесик, но для начала там ею размахиваешь как флагом. А потом говоришь, что, несмотря на столь грустные обстоятельства, ты — вместе со всеми, так как всех любишь и уважаешь. Только пьешь после этого по чуть-чуть, или что-то некрепкое. Одно пиво, например. И не мешаешь ничего ни с чем! И не надо никаким изгоем становиться. Еще героем засчитают.

Мама и онни озадаченно смотрят на младшенькую.

— Эй, — мотнув головою вверх говорит Сун Ок, — откуда такие познания, мелкая?

— Я изучаю мир, — пожав плечами, говорит та, — в интернете много чего есть.

— Тсссс… — с насмешкой выдыхает старшая сестра.

— А к врачу по-любому нужно идти, — ничуть не огорченная ее реакцией продолжает говорить Юн Ми, — раз бок болит, нужно лечить. Запускать нельзя.

— А деньги? — интересуется у нее Сун Ок, — где мне их взять? На врача и лечение деньги нужны.

— Я дам, — несколько удивленная вопросом отвечает ей Юн Ми.

— Ты? Где ты их возьмешь?

— Чжу Воновские шмотки в магазин сдам! Все равно нужно что-то с ними делать, пока срок возврата не истек. Там на две тысячи долларов с лишним. На врача ведь хватит?

Мама и Сун Ок озадаченно смотрят на нее.

— Ты же хотела их ему вернуть? — спрашивает Сун Ок.

— А! — легкомысленно взмахивает рукою Юн Ми, — обойдется! У него денег много. Нам они нужнее.

Мама и Сун Ок переглядываются.

— И тебе не жалко отдавать такое красивое платье? — спрашивает мама.

— А чего в нем такого красивого? — не понимает Юн Ми, — платье как платье. Это всего лишь куски ткани, сшитые нитками. Через пару лет оно станет просто тряпкой. Здоровье Сун Ок гораздо ценнее!

Мама и онни удивленно переглядываются. Юн Ми между тем продолжает, увлеченно прокладывая дальнейший жизненный путь и отмечая на нем светлые моменты.

— В магазине вернут два миллиарда триста тысяч вон, потом я получу шесть миллионов вон зарплаты, потом у меня еще есть подработка переводами. Даже если меня выгонят с работы, этих денег хватит, чтобы прожить полгода. А через полгода я уже буду заключать контракты с лейблами. Так что, не переживайте — перезимуем!