Андрей Кощиенко - Файтин!

— Юн Ми! Пак Юн Ми!

Поднимаю голову, выглядываю из-за своей загородки. Ага, начальник мой, по мою душу. Его «кабинка» стоит выше остальных и ему всех видно, кто, чем занят. Но орать-то на весь зал-то зачем? Ведь есть же внутренние телефоны. Может, показывает, что работает, не покладая горла? Может и так… Тут все может быть… Все здесь по-иному, все не так, чем когда я работал в ресторане или секретарил…

Встаю, делаю шаг в проход, кланяюсь, показывая, что «готов внимать».

— Юн Ми! — кричит мне кунджан-ним из своего начальственного «загончика», — поднимись в приемную исполнительного директора, господина Чжу Вона! Немедленно! Поняла?

Молча кланяюсь, показывая что — понял. Орать в ответ даже не пытаюсь, ибо моих связок на это не хватит. Ну что, право слово, за манеры? Тут же люди головой работают! Но, похоже, тут это кроме меня, никого не волнует…

— Иди! — приказывают мне.

Кланяюсь, иду, чувствуя на себе любопытные взгляды женских персоналий в кабинках. Все им надо… Уверен, что все знают и про «замочек на горе Намсан» и про то, что я в айдолы навострился. Сплетницы…

Сделал одну вялую попытку «вписаться» в женский коллектив. Ну, как бы, вроде, вместе работаем… Не вышло. Присутствующие при этом на меня странно посмотрели, а что именно я сделал не так, я не понял. Да и черт с ними! Махнул рукой и даже пытаться не стал выяснять, что именно. Они тут все старше, может, Юн Ми, вообще не положено рот раскрывать? Только молчать, кланяться, да за кофе бегать? За ним уже несколько раз послали. Ну, сходил. Помнится, в дорамах, это всегда была обязанность самого младшего в коллективе. Куда-то ходить, чего-то носить, чего-то убирать… за кем-то. Ладно, посмотрим, как там дальше будет, а пока отыгрываю свою роль. Тем более, что попросили вежливо, а «хороший кофе» нужно брать в кофейне на улице. Пусть рядом, но все лучше по воздуху пройтись, чем сидеть в душном помещении. Почему бы и не прогуляться?

Лифт поднимает меня на знакомый этаж. Выхожу. Сразу натыкаюсь взглядом на Чжу Вона. В светлом пижонском костюме, в туфлях, в цвет костюма, небрежно засунув правую руку в карман брюк, бывший шеф неспешно дефилирует откуда-то по коридору. Замечает меня, пробегает глазами и чуть хмурится, словно что-то припоминая. Потом улыбается и направляется ко мне. Кланяюсь, здороваюсь, как полагается нижестоящему наемному персоналу перед лицом начальства. Задрали, если честно, эти политесы. Наверное, я никогда к ним не привыкну!

— Что с тобой такое? — интересуется Чжу Вон вместо приветствия.

— Что вы имеете в виду, господин исполнительный директор? — спрашиваю я.

Тот еще раз окидывает меня взглядом.

— Какая-то ты… не такая, — поясняет он после осмотра и пытается угадать, — сделала новую прическу?

Хм, примерно тоже самое сказали дома, когда я после недельного отсутствия появился на его пороге. Сказали, что я как-то изменилась. Как — не понятно, но что-то такое есть. Своим я напомнил, что у меня идет усиленный рост. Я задумался над этим. Подумав, предположил, что пока меня они видели каждый день, то это было не заметно, но стоило мне отлучиться, то после большого перерыва изменения стали заметны.

Мои этим объяснением удовлетворились, вспомнив, что говорил врач, но здесь я повторяться не стану, тем более, что дело тут в действии дара бодхисатвы, а не в банальном росте организма.

— Не знаю, о чем вы говорите, господин исполнительный директор, — улыбаюсь я в ответ.

— Наверное, голову помыла, — хмыкает Чжу Вон и командует, — ладно, давай за мной, разговор есть….

Идем, заходим в приемную, здороваюсь с сонбе и сопровождаемые ее любопытным взглядом заходим в кабинет.

— Я прошел конкурс, — небрежно произносит Чжу Вон, сев на свое место за столом, но оставив меня стоять столбом посреди кабинета, — меня зачислили в во вторую бригаду морской пехоты, «Голубые драконы».

Пффф… Ну и названьице…

— Поздравляю, господин исполнительный директор, — и дабы не показать что-нибудь ненужное на лице быстро наклоняю голову и кланяюсь.

— Мда? Что-то ты не очень рада, — говорит он, внимательно смотря на меня.

А что, мне до потолка положено прыгать при таком известии? Что-то я не помню такого в трудовых правилах. Может, нужно было ахнуть и поинтересоваться подробностями? Спросить, как было тяжело и как же это удалось? Наверное это была бы правильная реакция для девушки… Да ну его! Я может, тоже бы морпехом стал, не попади я в это попадалово…

— Я рада за вас, — повторяю я.