Соломон Фенрир - Матрица постапокалипсиса

То, что мужик попался отчаянный, было видно по его глазам. Ни капли страха, лишь мрачная холодная решимость, спокойная готовность лечь костьми, но не дать дотянуться до ребенка. Кто он ему? Случайно встреченный мальчишка, чей облик всколыхнул какие-то образы-воспоминания глубоко в душе. Или древние, ещё животные инстинкты, приказывающие защищать и оберегать детенышей, кем бы они ни были?

Мальчишка сжался в комок и с ужасом следил за разворачивающимся поединком, глядя как здоровый, накаченный громила, лихо махая дубинкой, стремительным вихрем налетает на его старшего товарища, нашедшего его, голодного и испуганного малыша, в глухом лесу и теперь оберегающего в этом странном, непонятном и опасном мире.

Несмотря на решительный настрой, кием мужик владел хреново. Попытавшись рубануть Барона наотмашь он едва не потерял своё оружие, когда последний принял кий на встречный удар, а ногой попытался достать по рукам.

Тычковый удар в корпус Барон также легко парировал, после чего сделав обманный выпад, крутанулся и заехал бородатому в бок. Тот ухнул, но на ногах устоял. Мальчишка заплакал. Мужик, дернулся, на секунду отвлекся и пропустил прямой в челюсть.

Качнулся. Инстинктивно вскинул кий перед собой в попытке закрыться.

Преимущество было потеряно, кий давал возможно успешно обороняться, держа противника на дальних подступах, но в ближнем бою он превращался в почти бесполезную палку.

Вперед. Удар, ещё удар. Отбросив дубинку Барон орудовал руками. Прицельно и точно бил в корпус.

Его противник выронил кий и попробовал закрыться руками. Разные весовые категории перекрывали призрачные шансы на победу.

Резкая и нежданная подсечка перечеркнула их окончательно. Мужик рухнул на землю и инстинктивно сжался, ожидая града ударов ногами. Закричал мальчишка, на зареванном лице читалась обреченность. Оставшись без старшего товарища, он превращался в легкую добычу, игрушку для наглых, сильных и беспринципных.

Но дальнейших ударов не последовало.

Резкий рывок за ворот куртки поднял мужика на ноги.

– А ты не фуфло позорное. – широко улыбнулся Барон и протянул бородатому свою здоровенную ладонь. – Я Барон.

– Зачем? – не спешил пожимать баронову лапищу мужик.

– Видишь ли, незнакомый друг, в чём дело. Ищу я крепких духом людей, с которыми хоть в огонь, хоть в воду, хоть в адские трубы. Да вот только нет иной возможности проверить крепость духа «на вшивость» кроме как хорошая драка. Боец из тебя, между нами, не абы какой, но дело не в этом. Не зассал ты, не бросился сломя голову бежать, да и куда с мальцом убежишь, не подставил трусливо жопу, не сдал пацана, как падла гнилая и конченная, а принял бой, не трясясь за шкуру, а за ради слабого товарища радея.

Мужик неуверенно улыбнулся.

– Да ты прям сейчас как будто сообщение цитируешь, что у меня в голове появилось. Получите дескать, достижение «высшая человечность» за то, что не щадя живота своего встали на защиту слабого и беззащитного. И плюс к силе и выносливости в придачу.

– Вот оно как. – задумался Барон. – Выходит и само Беспределье тебя по заслугам оценило. Интересно тетки пляшут. Только вот что я скажу тебе, дорогой товарищ. Всё это картонный героизм братишка. Ввязаться в неравный бой и с честью погибнуть – это самый легкий выход из положения. А ты подумал, что с пацаном будет? Что он делать станет, когда обнулятся твои очки жизни и рассыпишься ты прахом, улетая на перезагрузку? Что ты сделал, чтобы вырваться вы смогли из этой передряги наперекор всему? Молчишь? То-то же. Уметь жить надо! А это умение подразумевает способность к товариществу, когда не один ты, а много вас и все как пальцы одной руки. Поэтому и пошел я на провокацию, чтобы посмотреть тварь ты дрожащая или стержень внутри имеешь.

В общем присоединяйся ко мне. Вдвоем мы твоего пацана у самого черта отобьем. А где двое там и четверо. Чует моё сердце, что и другие крепкие люди придут к нам опосля. Подобное, знаешь ли, тянется к подобному.

Мужик крепко задумался. Но потом тряхнул головой и протянул руку, которую Барон тут же крепко пожал.

– Честные вещи ты говоришь. Честные и прямые. Я – Севан, мальчишку звать Юган. Вместе с тобой пойдем, хотя и не понимаю пока куда.

21

От Гепары Севан не отказался. Только попросил Югана отправить погулять. Стеснялся что ли. Барон тут же пнул Залепуху, чтобы взял мальчишку и Алешку, да сбегал в лес, порыскал по кустам в поисках чего-нибудь съедобного. Мужичков тоже отправил, нечего им прохлаждаться. Чай не санаторий, расслабиться не получится.