Маргарита Полякова - Медальон

- Привет! - улыбнулась я норлоку, пытаясь справиться с собственной реакцией.

- Не боишься сидеть тут одна?

- А стоит бояться? - удивилась я. - Тут же рядом земли эльфов, они вроде как к разбойникам весьма отрицательно относятся.

- Это не мешает разбойникам существовать! - фыркнул Шерман. - Что ты здесь делаешь?

- Наслаждаюсь, - просто ответила я.

А что я еще могла ответить, вглядываясь в окружающую меня красоту? Закатные лучи солнца плясали алыми бликами в речной ряби, легкий ветерок ласково шелестел листвой, а где-то вдалеке вечерняя птица завела свою нежную песню. Здесь не было ни ухоженных клумб, ни подстриженных кустов. Это было царство беспорядка и буйства цвета, и в этом было что-то завораживающе дикое! Здесь пышно цвели самые разные полевые цветы - о названии многих из них я даже не имела представления. Лилии и вереск, примула и лаванда наполняли ночной воздух пьянящими ароматами.

- Мне кажется, для того, чтобы наслаждение было полным, кое-чего не хватает, - прошептал мне на ухо норлок.

- Чего же это, интересно? - вздрогнула от неожиданности я.

- Ну, вот этого, например, - Шерман взял мою руку и нежно поцеловал ладонь. - Или вот этого, - добрался он губами до ямочки на локтевом сгибе.

- Ты что, собрался меня соблазнить? - дрогнувшим голосом поинтересовалась я, пытаясь воззвать к собственному хладнокровию. Однако оно, похоже, ушло в долгосрочный отпуск. Зато мучившее меня столько дней желание проснулось безо всяких усилий с моих стороны и, не взирая ни на какие уговоры, уходить прочь отнюдь не собиралось.

Поцелуи Шермана были нежными, ласковыми, легкими как мотыльки и заставляли меня терять голову. И сколько бы я ни пыталась найти в себе силы сопротивляться, надавать себе внутренних пощечин и очнуться, ничего не помогало. Ни воспоминания об истинной сущности норлока, ни ехидные мысли о собственной глупости, ни даже убежденность, что паршивый гад имел уж слишком большой опыт в целовании женщин!

- Послушай, ну ты же не можешь соблазнить меня прямо здесь? - сделала я последнюю попытку прийти в себя.

- Я?! Могу, еще как могу, - произнес Шерман глубоким, хрипловатым голосом, от которого по всему моему телу бежали мурашки. - И не только могу, но и сделаю это, - решительно отрезал он, касаясь своими губами моих губ.

Нервы, и без того натянутые как струны, ожег адреналин. Сначала поцелуй был легким и безумно нежным, норлок как будто пробовал меня на вкус, но постепенно Шерман все больше и больше увлекался. Прижав меня к себе ближе, он позволил своим губам стать властными и требовательными. Ощущения были настолько острыми и захватывающими, что когда Шерман прервал наконец поцелуй, мне показалось, что я лечу в невесомости. Где-то в отдалении послышался стук копыт коней, рвущихся вперед в дикой и необузданной гонке. Странно... откуда здесь могут быть кони? Да нет, это не кони, это стучит сердце. Шерман прижал меня так близко, что я всей кожей ощущала этот стук. Сильный, мощный и удивительно громкий.

Наверное, у меня все еще была возможность уйти. Возмутиться, оттолкнуть Шермана и сбежать. Подумать, наконец, о том, что я не хочу отдавать свое сердце на растоптание наглому норлоку! Однако ни бежать, ни думать, ни сопротивляться не хотелось. Это было временное умопомрачение, внезапное наваждение, которому я поддалась безотчетно, не задумываясь о возможных последствиях. Да черт бы с ним! Могу я хотя бы раз в жизни позволить себе сделать глупость! Впрочем... кажется, у меня уже не было выбора... умелые руки уложили меня на плащ, помогли избавиться от одежды, ласково коснулись обнаженной кожи... Что же эта сволочь творит-то со мной, а? Я была не просто возбуждена, я буквально умирала от желания. Такой ненасытной жажды - дикой, жгучей и неодолимой - я не чувствовала никогда в жизни. Испытываемые эмоции были настолько сильными, что я просто потеряла связь с реальным миром. Забыв о времени, о приличиях и о том, где я вообще нахожусь. Была только неистовая страсть, накрывшая волной нас обоих, безумный шквал, уносивший тела в неведомое никуда. Острые ощущения наслаивались одно на другое и сплетались друг с другом в тугую спираль. Она сжималась, сжималась, сжималась до бесконечности, заставляя выпадать из реальности, заставляя терять свою сущность, заставляя... Тугой клубок лопнул, и хрустальные осколки, разлетевшиеся во все стороны от центра взрыва, вонзились в суставы, колени, локти, запястья и щиколотки. Перед моими зажмуренными глазами возник черный квадрат, из середины которого исходили, пульсируя, золотые спирали.