Александр Романов - Неизбежность

– Мы умрём! Мы все умрём! – запаниковала Лена. – Мы в ловушке!

– Успокойся! – одёрнул её Алексей, – не надо истерик! Слезами здесь не поможешь! Должен быть какой-то другой выход.

– Что же ты за дура такая! – закричал Константин на Елену. – Как мы теперь выберемся обратно?

Елена стояла, опустив глаза.

– Мы же уже попадались в похожую ловушку в Эль-Мирадоре. Как же можно два раза наступать на одни и те же грабли?

– Костя! Не кричи на неё! Она не виновата. Ты тоже мог бы напомнить ей об опасности.

– Хватит уже всё валить на меня! – закричала Лена.

– Так! Всё! Закончили! – громким голосом прервал бессмысленную ругань Алексей. – Вы что, не понимаете, что сейчас обвинениями не поможешь? Мы все попали в западню и должны придумать, как выбраться из неё. Костя! Ты говорил, что вы уже попадали в подобную ловушку раньше?

– Да, это было в Мексике.

– Как вы выбрались?

– Решили загадку.

– Какую загадку?

– Разве вы не знаете? Шумеры и майя всегда составляли загадки, шифры, головоломки.

– Зачем это было им нужно?

– Они защищали секреты от простых людей.

– Отлично! – заключил Алексей, – значит, им было что скрывать, и это что-то должно быть здесь.

Он подошёл к шкафу с табличками. Слой пыли на них был достаточно большим, и ему потребовалось некоторое время, чтобы очистить их.

Неожиданно его рука почувствовала какой-то рельеф. Очистив стену от паутины, песка и пыли, на самом верху, над табличками, он увидел до боли знакомый знак из четырёх кругов, который никак не ожидал обнаружить в подобном месте. Всё это казалось таким невероятным.

– Скорее! – прокричал он. – Идите сюда! И оставьте только один горящий факел. Этого нам будет достаточно. Когда он будет гаснуть, будем зажигать следующий. Мы не знаем, сколько ещё пробудем в заточении.

Ирина подбежала первой и, увидев изображение на каменной стене, замерла от удивления. Этого просто не могло быть! Знак на стене явно был таким же, как знак радиоактивности на современном оборудовании.

– Обалдеть! Как же это может быть! Это невозможно! Даже исходя из моих данных, они не могли… – она посмотрела сначала на Алексея, потом на Константина, – не могли быть настолько развиты! – Посмотри, Костя! – Ирина нащупала что-то необычное. – Кажется, здесь есть какой-то шифр. Посмотри на эти символы!

На стене явно просвечивались выделяющиеся бугорки, очень точно расположенные по отношению друг к другу. Они образовывали причудливую точечную мозаику.

– Что это значит? Что это за код и что это за странные пиктограммы рядом с этим обозначением?

– Это задачка! – прошептал Константин, – задачка, которую мы должны решить, чтобы получить что-то скрытое, тайное! Наверняка там спрятано что-то очень важное. Жрец явно не хотел, чтобы то, что находится внутри, досталось непосвящённому.

Расчистив всю плоскость, они увидели, что рядом с «точками-волнами» находились глиняные таблички – пиктограммы, которые явно служили какими-то кнопками и могли вдавливаться вовнутрь.

– Не очень-то умны шумеры, раз составили такую простую задачку! Мы просто будем нажимать все пиктограммы и, наконец, найдём ту, которая нам будет нужна! – прошептала подошедшая к ним Лена и стала нажимать таблички наугад, одну за другой. Не прошло и секунды, как на них хлынули огромные потоки мелкого песка, который начал засыпать их с такой скоростью, что они чуть не стали захлёбываться им. Константин снова закричал на Елену и оттолкнул её от шкафа.

– Что же ты делаешь-то?! Ты всех нас похоронишь заживо!

Песок перестал сыпаться с потолка.

– Шумеры были не дураки. Мы не можем подбирать код! Ещё одна ошибка, и нас всех засыплет так, что мы никогда больше не выберемся отсюда!

Они попытались успокоиться, и отгребли песок подальше от шкафа, чтобы было удобнее стоять рядом с пиктограммами. Песок едва не засыпал стоящий в середине комнаты ящик.

– Костя! Скажи, что это за символы? – Алексей показал на фрески рядом с точечной диаграммой.

– Это самые старые письменные документы. Я бы сказал, это 3320 год до нашей эры. Для учёта имущества в Шумере и Эламе использовали систему глиняных шариков. Изначально каждый шарик обозначал один объект. Затем стали значащими размер и форма комочка. Впоследствии стали образовываться устойчивые сочетания пиктограмм, смысл которых постепенно отходил от суммы смыслов картинок. Например, знак «птица» вместе со знаком «яйцо» давали сочетание «плодовитость» не только применительно к птицам, но и как абстрактный термин. К 3350 году до нашей эры получавшиеся пиктограммы и идеограммы стали использовать фонетически, составляя из этих символов «символ-звук» слова, не имеющие порой никакого, даже косвенного, отношения к изображённым предметам.