Дмитрий Родин - Князь Барбашев

А потом этот прохиндей потребовал сосватать ему дочь простого дьяка. Ему, рюриковичу! Михаил даже опешил поначалу. Нет, такое, конечно, бывало уже на Москве, но он-то хотел через братца с видным домом породниться. Однако выволочку делать не стал (чем, кстати, несказанно удивил молодшего) потому как вспомнил, что ничего братцем просто так не делается. Так что, поразмыслив на досуге, решил он к этому дьяку приглядеться. В конце концов, Андрей не девица, в старых девах не засидится.

Однако, как оказалось, брат только начал его обхаживать. Вот и сегодня за обедом он вдруг спросил о его личных дружинниках.

- Зачем они тебе? - только и смог он удивиться неожиданному вопросу.

- Хочу пощипать литвинов за мягкое место, но воинов не хватает. Там по минимуму надобно сотни три. А у меня стольких нет. Приказчики мои, конечно, без дела не сидели: покрутили с сотню молодцов. Но это так, голытьба для массовки. А мне нужны воины, умеющие владеть саблей, и чтоб слушались меня беспрекословно.

- Ты чего надумал? Государь полки на крымскую украйну собирает. Вести худые пришли. Умер старый хан Менгли-Гирей. Ему наследовал его сын - Мухаммед. Теперь каждый борется за привлечение его на свою сторону.

- Но, в конце концов, Сигизмунд предложил ему больше, - хмыкнул брат. И невесело добавил: - Вся проблема, брат, в том, что мы никак не поймём, что эти людоловы не царство, а сборище разбойников. Не послы, а меч нужен для них. Слышал небось, как в народе-то говорят: "Сколь волка не корми, а он всё одно в лес смотрит". Так и Крым. Сколь ему подарков не неси, а он всё одно в набег пойдёт.

- Много ты в государственных делах понимаешь! - мгновенно вскипел Михаил. - Нашёлся тут, понимаешь, яйцо - старую курицу учить.

- Понимаю я много, брат, - Андрей говорил всё так же спокойно, и это спокойствие охладило старого князя. - Вот увидишь, татары пойдут и к нам, и к литвинам. И им будет плевать, кто сколько денег заплатил. А казна государева чай не бездонная. Но я не о том. Даже если ты в поход и пойдёшь, всё одно у тебя воинов более чем по реестру надобно. Так отдай лишних мне. Поверь, вернутся они с большими прибытками. Ну и ты в накладе не останешься. Хватит, брат. Ты отказался вложиться в камские земли, и что? Ты же видишь, какие деньги приносят они. А ведь это только начало. Я тебе по-братски предлагаю вложиться в предприятие и получить свою долю в доходах. В конце концов, деньги лишними не бывают.

- Что, с другими уже говорил? - устало усмехнулся Михаил. Молодому напору младшего он давно уже не мог ничего противопоставить, кроме авторитета старшего в роде.

- Конечно! Все братья поделятся бойцами.

- И что же ты такого задумал?

- Эх, брат. Задумал я следующее....

Что делал Стивенсон, прежде чем написал свой "Остров сокровищ"? Правильно, рисовал карту. Вот и Андрей, сиживая долгими зимними вечерами за столом, при дрожащем свете свечей занимался тем же самым. Только рисовал он не выдуманный остров, а реальные места. Основой всему служили карты. Хотя какие в средневековье карты? Привыкший работать с морскими картами и лоциями далёкого будущего, он долго учился разбираться в вычурных изделиях местных картографов. И вот теперь, с помощью линейки и циркуля вычерчивал для себя удобоваримый вариант. Хотя мог бы и не стараться. Точность такой карты и без того плюс минус два лаптя. Но это изделие делалось для двух целей. Во-первых, по возможности найти картографа, который согласился бы изготовить рабочие экземпляры в предоставленном виде, а во-вторых, помочь самому Андрею лучше разобраться с планированием.

А с последним у него начинались трудности. Особенно со стратегическим. А всё потому, что чем больше он вмешивался в события, тем меньше у него оставалось возможностей. Парадокс? Увы, нет. Ведь в чём главное отличие попаданца от хроноаборигенов? В его знаниях. И не технологий (хоть это было бы вообще отлично), а именно последовательности событий. Именно знание о том, кто, что, где и когда даёт возможность ему выходить сухим из воды. И даже с прибытком. Вспомните Смоленск. Он ведь ЗНАЛ, кто возглавит заговорщиков и именно поэтому смог их найти и тем самым войти в ещё большее доверие к дяде, засветиться в выгодном свете перед государем и неплохо набить карман. И не только! Ведь Васько Ходыкин в этой версии истории официально в заговорщиках не значился, но и из Смоленска его тоже турнули. А свои смоленские вотчины он кому отписал? Вот то-то же! И всё по закону. Ибо грамоты на старые вотчины смолянам, тем, кто под его рукой остался, государь утвердил, и распоряжаться они были ими вольны, как на Руси устроено. Оно, конечно, Андрею те земли пока нафиг не нужны, но ведь их и продать можно, а можно устроить на них льняные плантации. Вот вы знаете, сколько уходит льна на один парус для той же бусы? От трети до половины десятины, в зависимости от урожайности! А ведь только в прошлом году на верфях Ладоги и Ивангорода построили два десятка новых бус и лодий. А парус-то имеет свойство рваться и его надобно менять. Да и лён - это не только паруса. Тот же батист весьма дорогая ткань и пользуется успехом как на Руси, так и в Европе. Что? Наши не умеют? Да ну, это вряд ли. А даже если и так, то найдём, обучим, заставим. Как говорится, устроим им Петю Первого на два века раньше.