Дмитрий Родин - Князь Барбашев

- Так закон же...

- Верно, закон нам государем дан, и тут тоже никто супротив пойти не может, - перебил парня князь.

- Так как же?.. - Яким окончательно скис, а князь вновь громко расхохотался:

- Эх ты, святая простота. А давай так: я девке вольную, а ты мне ряд, что, скажем, пять годочков отработаешь без отъезда.

- А потом?

- А потом вольному воля. Хочешь - новый ряд положим, ну а нет, так выплатил положенное и гуляй, куда глаза глядят с молодой женой да детишками. Ну, как тебе моё предложение?

Яким думал недолго. Да что уж там, князь предложил выход. Да ещё какой выход!

- А согласен, княже.

- Ну, ты не спеши, домой езжай, с роднёй посоветуйся. Да сватов зашли, а то вдруг да дадут тебе от ворот поворот. А уж потом приходи ряд составлять будем.

И хлопнув крестьянина по плечу, князь вновь взлетел в седло и, тронув пятками верного Хазара, отправился продолжать прерванную разговором охоту, а Яким ещё некоторое время сидел на краю розвальней, соображая, подо что же он тут подписался. А потом, поправив топор, заткнутый за пояс, взялся за вожжи и тоже тронулся в путь.

Ну а вечером, сидя за накрытым столом под неровным светом лучины, Яким долго и обстоятельно беседовал с дядькой, обсуждая княжье предложение. Мать, сидевшая в своём углу за прялкой, на прямой вопрос брата только кивнула, сказав, что девица та хозяйственна, родителям покорна, да и не "ялица" с виду. Оно, конечно, большого-то приданного за ней не предвидится, в тех же Дежовках и побогаче кого сосватать можно, ну да помощь в хозяйстве тоже лишней не будет. Да и внуков покачать уже хочется. Был бы муж жив, может и воспротивилась бы такому сватовству, а ныне что уж говорить.

Брат покачал головой и испытующе глянул на племянника:

- А прялку-то в подарок невесте сготовил ле? - и рассмеялся, увидев как тот заалел от смущения. Ну да, был такой обычай: жених дарил своей невесте новую, сделанную и украшенную своими руками прялку. Так кто ж знал-то, что так вот будет. Но дядька лишь рукой махнул: - Ну, ничто, я вот тоже как-то в своё время не сподобился.

А потом было сватовство, заставившее парня значительно понервничать, пока дядя водил разговоры вокруг да около, но окончившееся, к его вящей радости, сговором. И пока обе семьи усиленно готовились к свадьбе, Яким поспешил во двор новоотстроенного имения владельца Бережичей, полный веры, что князь не забыл своё обещание. Как оказалось, князь не забыл, более того, он словно был готов к его приходу, а потому к делу приступили практически не медля. Видоками составляемой сделки стали Игнат и Олекса со стороны князя и дядька Нездин со стороны Якима. Тут же на столе лежала вольная на невесту, заверенная со всем чаянием и отданная отцу девушки.

И была свадьба, громкая, пьяная, весёлая, и сальные шуточки гостей, провожавших молодых на первую брачную ночь, после которой Яким был, наверное, самым счастливым человеком на свете. Ну а пять лет так это разве срок? Да пролетят и не заметишь. Зато по новому-то ряду и землицы молодожену добавилось, да не как раньше, в разных углах, а вместях вся, как новым владетелем заведено было. Так что пять лет пережить точно не беда.

А вот Андрею, глядя на свадебные гулянья, было как-то не до веселья. И виной тому был родной брат Мишенька. Он вдруг всерьёз озаботился матримониальными планами и принялся подбирать невест для младших по своим, только ему известным раскладам. А как же, всем уже давно за пятнадцать годочков стукнуло, пора и о семье думать. Ну, совсем как песенке:

- А много ли вам лет, дитя моё?

- Ах, много, сударь, восемнадцать.

Блин, и чего они тут все такие торопыги? Андрею, вот, вполне неплохо пока и холостяком жилось (даже епитимьи за любовные связи не сильно-то и напрягали). Одно радовало, от немедленной женитьбы его спасал брат Иван, который тоже пока не обзавёлся женой, а годами был старше. Но между сговором и самой свадьбой порой проходил не один годок, так что трепыхаться в этом направлении, наверное, уже стоило. Потому как ему тоже хотелось бы найти кого-то, как вот этот крестьянин, чтобы не только достойной партией выглядела, но и по душе была. А как тут выберешь, коли нынешние девицы, идя в люди, себя так мазюкали, что порой страшно становилось. И эта непонятная мода зубки чернить. Да такую кракозябру во сне увидишь, даже крестом неотмахаешься. А если ещё вспомнить из чего нынешние белила да румяны делаются, так вообще, тушите свет, бросайте гранату. Уж лучше б паранджу носили, честное слово. И ведь никому не расскажешь, отчего ты нос тут воротишь, потому как местные мужики тебя же и не поймут. Ибо это и есть их эталон красоты. Воистину права была одна из его подружек, говорившая, что всю эту краску они, женщины, заради мужиков малюют, чтоб мол, им же и нравиться.