Константин Хохряков - Любой ценой

Для крыс можно будет и подкоп соорудить, если дырку нигде не обнаружим. Сами же «фрицы» из-за забора ничего не увидят. Следовательно, по периметру патруль должен бродить. Придется еще и этим озаботиться, выяснить периодичность прохода. А, может, и подкоп не понадобится. Справа какие-то ворота металлические, не иначе — запасной выезд. Отсюда плоховато видно, но, по-моему, заперты. Поста возле них не видать. А под воротами, хоть маленький, но просвет все равно будет. Для крыс вполне достаточно. Почти напротив ворот дом стоит с садиком. Если нет собаки, будет, где укрыться. Нюансов полно, до сумерек однозначно куковать на дереве придется…

— Добрый день, Виталий Сергеевич! Снова к Вам. Не прогоните?

— А что, Виктор Иванович, бывает и такое? Пока еще ни разу не слышал. Что-то новое? От Кротова известия?

— Да нет пока от него вестей. Или не может, или передавать нечего. На той стороне — тишина. Раньше по взрывам и пожарам его путь проследить можно было. А сейчас затаился. Но, судя по последним событиям, пока еще бегает. Помог он нам крепко.

— Неужели взяли?

— Да. Сегодня ночью. Не знаю, что уж Ваш старшина там натворил, но предателя ночью срочно на встречу вытащили. Тут мы его вместе с резидентом и упаковали. И, похоже, удачно. До сих пор никто ничего о ночных событиях не знает. Хорошо отработали. Представляете, Виталий Сергеевич, та крыса решила, что его взяли спецназовцы, которых готовил Кротов, как учебного «языка». Занятия-то с оставшимися до сих пор продолжаются, насколько я знаю. Вы бы только послушали возмущение этой гниды! Такие кары небесные обещал, пока не понял, в чем тут дело. А потом сразу потух, как меня увидел. Сейчас вовсю показания дает. Хотя, если честно, это ему уже не поможет. Решение особого совещания будет однозначным: высшая мера социальной защиты. Только чудо может спасти. Но мы с Вами давно вышли из того возраста, когда в чудеса верят.

— И кто же это?

— Начпрод…

— То-то я смотрю, что сегодня всем его заместитель рулит. Я уж, грешным делом, подумал, что он в запой ушел. Было уже как-то такое.

— Скорее всего, все непосвященные так и думают. Пусть и дальше пока остаются в неведении. Меня больше резидент интересует, да и до радиста добраться просто необходимо, пока информация не разошлась. А, может, между ними еще и связной есть. Со своими-то он как-то связывается, не по телеграфу же? Молчит пока, но это, полагаю, ненадолго. Показаниями начпрода его качественно подперли, деваться некуда. Как стенка замаячит, думаю, разговорится. Боюсь только, чтобы поздно не было. Хотелось бы с Христианзеном поиграться еще, да и твоим ребятам подсобить.

— Я только «за». Но только я Вас, Виктор Иванович, хорошо знаю. Вы, ведь, не просто так этот разговор затеяли? Какая-то помощь от меня требуется, не иначе?

— Да вот, Виталий Сергеевич, хотел попросить, да не знал, с чего начать. У Вас кто еще с Кротовым занимался, чтобы поспособнее? Кто за него остался? Продолжает же кто-то подготовку.

— Давайте без политесов, Виктор Иванович. Не обижайтесь, но это — не Ваше. Не получается «из-за угла заходить». Вас же Зотов интересует? Сейчас разведчиков он гоняет, пока старшины нет. А то Вы этого не знаете? Хотите, чтобы я усомнился в Вашем профессионализме? Я и обидеться могу…

— Хорошо, Виталий Сергеевич, сдаюсь. Угостите чайком, пока за Зотовым ходят? В прошлый раз очень уж хороший чай у Вас был.

— Нет, Виктор Иванович, Вы неисправимы. Что с Вами поделать? Сейчас распоряжусь и по поводу чая, и по поводу Зотова…

Ждал полковник Марущак недолго. Сперва принесли чай, затем…

— Товарищ полковник, младший сержант Зотов по Вашему приказанию прибыл.

— Проходи, присаживайся. Чай будешь?

— Никак нет, товарищ полковник. Некогда. Меня личный состав ждет. Сами знаете — занятия, пока войны нет.

— Хорошо. Постараемся побыстрее. Вот, товарищ полковник помощи у нас просит. Говорит, кроме тебя никто не справится. Знакомы?

— Так точно. Начальник особого отдела армии.

— Вот и хорошо, представлять не надо будет. Прошу Вас, Виктор Иванович.

— Спасибо, Виталий Сергеевич. Слушай, сержант, старшине вашему помощь требуется, и помочь ему можешь только ты. Ты как?

— Младший сержант, товарищ полковник. Помогу, конечно, если в наших силах.

— Будешь сержантом, если все нормально сложится. А что это за оговорка такая: если в наших силах? По-моему, Кротов вас учил, что для спецназовца нет ничего невозможного. Или я ошибаюсь?