Константин Хохряков - Любой ценой

Кажется ничего не заметили. Снова послышались шаги. Вот уже подошли к воротам бокса, выходят. А тут как раз и смена нарисовалась. Офицер на улице что-то высказывает разводящему. Тот стоит по стойке «смирно». Только и слышу: «Яволь, герр обер-лейтенант!» В этом-то объеме я немецкий понимаю… Все! Уехал проверяющий. Продолжаем наблюдать за сменой постов. Все по-прежнему: два парных патруля на внешней охране периметра, один — внутри. При проверке ремзоны дверь, судя по звукам, открыли резко, не осторожничая. Пригодится при минировании… Вышли. Опять утянулись к воротам. Ну, вот! Два часа для работы есть.

Прежде, чем спускаться вниз, подготовим-ка пути быстрого отхода. В бидоне, который еще не пользовали по новому назначению, осталось немного масла. Его-то мы в дело и пустим. Смазываем петли люков, чтобы в неподходящий момент предательски не выдали скрипом. То, что и требовалось. Попробовал — отлично. Никаких звуков.

— Липа, на тебе наблюдение за тылом и люк с тыльной стороны. Лихо — то же самое с фронтальной.

— Есть.

— Есть.

— Дракон, двинули вниз.

— Готов.

Спустились. Начинаем осмотр техники. Не спеша, открываем лючки с боков, сзади и спереди. Огромное количество проводов, собранных в жгуты. Попробуй, без привычки, разберись в них, что и куда идет. Приходится еще и на часы периодически поглядывать, чтобы смену не проворонить… Этот жгут идет к двигателю… Этот, судя по всему, к блоку управления. Точно, от коробочки уходит на катушку, а на выходе имеем разъем для подключения, скорее всего — выносного пульта. Заряд должен находиться где-то в передней части.

— Дракон, глянь-ка сюда. По-моему, эти провода идут к детонатору…

— Сейчас посмотрю… Точно. Подожди, ножом винты отверну… Готово. Вот он, заряд. До хрена же тут тротила… Все, ДШ закрепил, сейчас крышку на место прилажу. Главное — не перетянуть, а то шнур перерубит. Выводить вниз будем, там какой-то смотровой лючок есть. Его можно на место не привинчивать. Не заметят. Не думаю, что они все осматривать будут.

— Я тоже не думаю… Давай, закрываем все люки, шнур пока внутри оставь. Пора наверх. Смена скоро.

Вовремя! Все вернули в исходный вид, осторожно поднялись, закрыли за собой люк. Тут и смена подоспела. Переждали, полюбовались на замену нашего «почетного караула». И снова — вниз. Работать… Так в несколько приемов и подготовили подрыв техники. Осталось только отмеренные куски детонирующего шнура протянуть. Это в последний момент, иначе могут и засечь. Как темнеть начнет, его уже видно не будет, тогда и наложим завершающие штрихи. Способ закрепить тротиловую шашку на переднем «Голиафе» тоже нашли. Установим в крайний момент.

За исключением наблюдающего всем отдыхать. Остались мелочи. Доделаем перед самым уходом…

Стемнело. Напоследок полюбовались на последнюю «смену пажеского караула». Не утруждали они себя на этот раз осмотром ремзоны внутри. И правильно — чего они там не видели. Все до боли знакомо. Оттащить бы смену, а там — снова в казарму, или что там у них ее в этой деревне заменяет?

А смена-то на самом деле последняя. В Чечне мы приучились говорить «крайняя». Тоже своеобразное суеверие. Скажешь «последняя командировка», она таковой может и оказаться.

Ну, пора и нам откланиваться. Крайние приготовления. Устанавливаем тротиловую шашку, к ручке-скобе дверцы ворот бокса прилаживаем проволоку, закрепленную в чеке детонатора натяжного действия. От шашки — остаток детонирующего шнура к основному заряду «Голиафа». Самые дальние экземпляры вражеской техники уже между собой таким же образом «побратали». Даю сигнал на отход…

…Ох, и узок же лаз. Эрдэшку перед собой толкать приходится, иначе не пролезть. Стоп! Следом за мной все затаились, присев, вероятно, и ощетинившись стволами. Никто не пикнул. Знают, что просто так ничего не делается. За тонкой стенкой угольного ларя послышались уверенные шаги. Кого это еще там черти могут носить, кроме гансов? Слышу немецкую речь. О чем-то между собой переговариваются, посмеиваются. Аж холодный пот прошиб! Чего это они разгулялись? Совсем что ли страх потеряли, гады!? А ну как кого внутрь ремзоны понесет? Получится одна на всех большая братская могила. Почувствовать, конечно, ничего не успеешь, но пожить-то еще сколько-нибудь я бы не отказался, да желательно подольше. Зажурчало… Так вон, за каким вас сюда принесло! Кто же так небрежно к уставам относится-то? На посту — и нужду справлять? Раньше-то не могли? Нам только нервные клетки пожгли. Вроде, уходят. Шаги удаляются. Валим отсюда! Осторожно приподнимаю крышку, автомат перед собой, готов сразу открыть огонь. Никого…