Александр Андреев - Главное - воля!

Одновременно было создано ТАСС, что расшифровывалось как "Телеграфное Агентство Струве и Старинова". Под псевдонимом "Старинов" скрывался некто В.И. Ульянов, разыскиваемый полицией за создание петербургского "Союза борьбы за освобождение рабочего класса", где соединение научного социализма с рабочим движением было проведено настолько успешно, что всего за год количество стачек на промышленных предприятиях Санкт-Петербурга выросло почти на пятнадцать процентов! Первая газета треста, начавшая выходить в ноябре 1895 года в Санкт-Петербурге, получила, как это ни удивительно, название "Правда". Завершало список телеграфное агентство "Монитор", застолбившее за собой право на издание во всех губерниях и областях Империи газеты "Известия". Центральный орган "Монитора" именовался "Русским Вестником".

Эти три газеты, финансируемые через НРС, должны были играть роль рупоров общественного мнения трех наиболее влиятельных в России идеологий. ТАН представляло точку зрения того крыла народничества, которое, пораженное вдруг открывшимся им истинным ликом России, отрясло со своих ног прах прошлого и превратилось в прогрессивных консерваторов, встретившись на пол-пути с ярыми монархистами и поддержав их почти во всех начинаниях. Агентство "Монитор" выражало идеи либерального евроцентризма, в общем и целом ассоциируемого с земством. ТАСС, собравшее под своей крышей социал-демократов всех известных сортов, склонялось к радикальному марксизму.

Пока что — до полного реформирования, в обязательном порядке подкрепленного законом о свободе печати — тресты и их газеты были довольно-таки беззубы. На то, чтобы обзавестись приличными клыками, достойными "акул пера и шакалов ротационных машин" , трестам отводилось два года. За это время им полагалось создать, в дополнение к центральной, сеть губернских газет, ряд тематических приложений и журналов… А главное — занять именно то место, которое им подобало. Рупора и выразителя мнений той части "общества" — или того, что его в России заменяет — которая была им предписана.

Для распространения всех газетных и журнальных изданий была создана, совместно всеми трестами и Министерством Почт и Телеграфов, компания "РОСПЕЧАТЬ" — подписка на газеты и журналы, киоски на всех станциях всех казенных железных дорог и везде, где только можно…

А в киосках, помимо газет и журналов — книги.

Много книг.

Последний элемент комплекса ИнформБюро появился точно по расписанию — 28 декабря 1895 года в подвале "Гран-Кафе" на бульваре Капуцинов в Париже братья Луи и Огюст Люмьеры провели первый киносеанс. Атташе русского посольства в Париже заплатил один франк, с удовольствием посмотрел "Прибытие поезда" и "Выход рабочих", а затем сделал братьям предложение, от которого те не смогли отказаться. И не в том дело, что атташе был такой грозный — хотя он действительно раньше служил в гвардейской кавалерии — а в том, что "царские бумаги" на пятьдесят тысяч франков с годовым доходом в 5 % на дороге не валяются!

Так в Царском Селе появилась контора с неброской вывеской "Синематрест", которой принадлежали все права на все аспекты кинематографической деятельности на территории Российской Империи, от производства оборудования до кинопроката. Логичным следствием этого было появление в списке промышленных предприятий, подконтрольных Личной ЕИВ Канцелярии, РОМО — Российского Оптико-Механического Объединения. Основанный в Петербурге завод строился для производства не только и не столько микроскопов и объективов для фото и кинокамер — сами камеры и проекционное оборудование производилось заводом "Динамо". Основную часть продукции РОМО должны были составить бинокли, дальномеры и оптические прицелы.

Елка очень старалась никогда и нигде не делать ничего, что имело бы только одну цель. Во-первых — из уважения к принципам. А во-вторых — из-за экономической невыгодности.

На этапе создания газетных трестов информационная реформа сливалась с реформой земского и городского самоуправления, а также с реформой образования. Которые своим истоком имели военную реформу. По правде сказать, все три реформы — информационная, земская и образовательная — и начаты-то были только и исключительно потому, что новой Империи требовалась новая армия. Офицерский корпус которой должен комплектоваться не по господствующему ныне остаточному принципу, когда основной контингент поступающих в военные училища составляют недоучившиеся гимназисты, не справившиеся со склонением древнегреческих или латинских глаголов и потерявшие из-за этого надежду на поступление в университет!