Елена Булучевская - Мир меняющие. Книга 1. Том 2

— Пойдем? До города недалеко, да?

И вновь Куцубе стало неловко от взгляда этих ясных глаз, на самом донышке которых еще плескалась грусть от потери кровника, и вновь нахлынуло желание — взять девчушку на руки и бежать не останавливаясь, пока не окажутся в безопасности. Тряхнул головой, избавляясь от морока. Взял маленькую руку, и они пошагали к Ящерино.

Болото осталось позади, хотя топь еще напоминала о себе зловонием, лужицами и роями злющей мошкары, от которой не спасал ветер. Чем ближе они подходили, тем сильнее что-то казалось неправильным. Только никак не могли понять — что, пока не увидали черного флага, висящего рядом с флагом города и сигнализирующего о какой-то смертельной болезни. В голове у Якова пронеслось: «Вот так раз! И куда теперь ее деть? Вот незадача-то». И словно ответ на его мысли впереди на дороге, ведущей к городу, показался путник. Чем ближе они подходили, тем более знакомой казалась его фигура.

— Ба! Это же господин де Балиа, — Куцуба отпустил девочку и кинулся навстречу ему.

— Приветствую тебя, господин Яков, — Скаррен протянул руку для приветствия.

Куцуба остолбенел — ему, свободнокровке, протягивает руку весовщик, да что там — сам Маршалл, пусть и бывший:

— И вам добрейшего денька!

— Ты выполнил обещание, давай девочку и пойдем.

Мирра, испуганно сжавшись, смотрела на бывшего весовщика, потом, придя в себя, побежала к воротам и начала изо всех сил колотить в них, призывая на помощь. Куцуба быстрыми шагами приблизился к воротам, дернул девочку за рукав:

— Мирра, что с тобой? Этот дядя поможет тебе. Чего ты напугалась, глупышка? — Куцуба разговаривал с девочкой, как с больной, пытаясь утихомирить ее.

— Это вовсе не дядя. Его зовут, его зовут, я забыла, как его имя, — обернулась, лицо бледное, глаза испуганные, снова заколотила в ворота.

Скаррен недоуменно пожал плечами:

— Странные нынче дети пошли. Ты ее утихомиришь, или она так и будет шуметь? Или ты предлагаешь мне самому это сделать? Смотри ж, такое предложение делается лишь один раз в жизни. Упустишь его — и все, так и останешься Куцуба-безродуплемени.

В этот момент за воротами отозвались:

— Кто там тарабанится? У нас тут эпидемия. Идите, путники, по добру по здорову, поищите приют в другом месте.

— Убежища, прошу вас, убежища. Откройте! Мне нужно видеть ваших кастырей! Пустите меня! Позовите, пожалуйста, я умоляю вас! Мне срочно нужно говорить с господами Ди Ойге и Гендлером! Они должны знать о Мирре Розенпорт, посланнице Прима! — девочка просила и умоляла, вкладывая в свою страстную речь всю силу убеждения, данного ей от рождения.

За воротами затихли, потом, немного пошептавшись — все-таки гонец Прима — игнорировать, даже объясняя это болезнью, даже невероятной юностью гонца, опасно. Да и откуда какая-то девчонка может знать имена кастырей?

— Хорошо. Мы оповестим кастырей. Жди.

Мирра прижалась спиной к воротам, схватившись за массивную металлическую скобу, на которой висела створка. Нахмурила сердито лоб:

— Не подходите ко мне!

Скаррен нахмурился:

— Ну, Яков, пришло время выбирать, с кем ты. Нужна ли тебе эта девчонка, и ты передашь ее кастырям, и будешь снова служить этим, с меченой кровью? Или ты идешь со мной, и весь Мир будет у твоих ног? Все драгоценности, все монеты Мира, а может быть, и Зории, будут нашими. Пойдем! Что же ты медлишь?

Мирра, с нарастающим ужасом глядя на охранника и весовщика, протягивающего к ней руки, закричала:

— Не верьте ему! Я вспомнила, его зовут Фрам!

Скаррен замолк, его черты начали искажаться от боли, он прошипел «хронова девка», и, пугая Якова, начал покрываться алыми пятнами. Истинное имя возвращало истинный облик проклятому.

— Господин Яков, пойдемте, сейчас нам откроют, и мы спасемся. Это дракон, дракон! Не слушайте его, он вам солжет, он вас обманет! Идемте!

Куцуба во все глаза смотрел на своего бывшего господина, рот охранника открылся так широко, что подбородок коснулся груди.

Превращение закончилось очень быстро, и Фрам, во всей своей животной красе, распахнул алые крылья во всю ширь, закрывая светила, потом наклонил четырехрогую голову к Куцубе, и, выдыхая зловонный пар, подняв с дороги пыль, пророкотал:

— Быть моим слугой тебе будет интереснее и выгоднее. Усаживай девчонку мне на спину, садись сам и полетели. Если ты не передумал, поторопись. Решай!

В этот момент ворота начали открываться, Мирра, приплясывающая от нетерпения, подбежала к Якову, схватила его за руку: