Алексей Калинин - Дети Ночи

— Ученики чем только не закидываются, — сочувственно покивал Андрей. — Я вот, помнится, говорил одному ученику, что ему пить нельзя, так ведь не поверил – напился и едва не умер.

— Не начинай, — Кирилл умоляюще поднял голову к потолку.

— Я не знал, чем грозит передоз... И когда Илье стало плохо, я не вызвал "Скорую", а отвел его в класс и там запер. Думал, что он отлежится и оклемается. Пока прошла дискотека, пока все разошлись по домам, и когда я вспомнил о нем... Он уже был холодным. Потом приезжала полиция, врачи, но мальчишку уже не вернуть. Я пытался извиниться перед сестрой этого мальчика. Пытался оправдаться, но она только посмотрела на меня равнодушными глазами и сказала: "Значит, так у него на роду написано..." Больше ничего. И я потом пытался отыскать эту девушку, но она как сквозь землю провалилась... — проговорил Григорий Сидорович таким голосом, как будто погрузился в тяжелые мысли и вряд ли собирается из них выныривать.

Андрей встрепенулся. Кирилл мог бы своего учителя сравнить с хорошей борзой, которая встала в стойку. Андрей спросил:

— Девушка? А как она выглядела?

Григорий Сидорович потер лоб, словно пытаясь извлечь из глубины памяти образ молодой сестры Светлова. Он помолчал, пожевал губами, а потом с шумом выдохнул и произнес:

— Нет, не могу вспомнить. Помню, что была хорошая фигурка, вроде кудряшки, а вот само лицо...

Андрей прошелся по комнате взад-вперед. Григорий Сидорович с трудом сел, взглянул ещё раз на экран моноблока, где застыло оскаленное лицо Мигеля.

— Ребят, а всё-таки, кто вы такие?

— Григорий Сидорович, для вас мы всего лишь коллеги. Хотя, судя по разворачивающимся событиям, мы будем ими недолго. Нет-нет, пугаться не стоит, мы выручим вас, — поспешил поправиться Андрей. Он присел рядом с учителем математики, взял его запястье двумя пальцами и застыл, глядя на часы. Потом произнес, не отпуская запястье: — Конечно, ситуация с юношей вышла некрасивая, но вы сказали нам правду, пусть и так, как вы её видите. В деле же было указано, что это вы подсыпали ацетилированный опий в "Кока-колу" Ильи. Желто-коричневый порошок почти невиден в этой дряни. Вот только дозу вы немного не рассчитали. Не надо бледнеть, ведь это всего лишь поклеп на ваше честное имя...

— В ка... в каком деле? — спросил моментально побледневший Григорий Сидорович. — Что вы несете?

Андрей мягко улыбнулся и вытащил из-за пазухи одну из папок. Кирилл готов был поклясться, что Андрей специально подготовил эту папку, чтобы извлечь таким эффектным образом. Ему бы на сцену, да под сияние софитов, чтобы миллионы глаз ждали этого движения.

— Я за нашатырем, — сказал Андрей. — Пока что не открывайте без меня.

Он выскочил на кухню, где, как у каждого нормального русского человека, половина лекарств хранилась в холодильнике. Увы, Григорий Сидорович не стал его дожидаться. Он дернул картонную оболочку и едва слышно простонал. Кирилл краем глаза увидел фотографию вихрастого мальчишки.

Когда Андрей вернулся обратно, то на Григории Сидоровиче не было лица. Нашатырь помог вернуть его сознание к более-менее нормальному функционированию. Он сфокусировал глаза на бумагах, которые держал в руках.

— Это всё неправда... Это всё ложь... Илья сам... Он сам! Я не знал ничего!!! — в конце концов учитель математики не выдержал и исступленно закричал.

Его лицо покраснело, глаза едва не вылезли из орбит. Григорий Сидорович вскочил с дивана, зашатался и, подхваченный Андреем, уселся обратно.

— Андрей, ты бы всё-таки поаккуратнее, — с укоризной отметил Кирилл. — Иначе ему и убийца не будет нужен.

— Да я-то чего? Я ничего, я же как лучше хотел.

— Мне нужно... Нужно прилечь. Вы... вы не оставите меня? — спросил слабым голосом Григорий Сидорович.

— Нет, конечно же не оставим. Но придется спать здесь, чтобы мы могли наблюдать за вами, — серьезно сказал Андрей.

Григорий Сидорович кивнул. Улегся на диване и потянул на себя покрывало. Кирилл увидел на спинке рваную протертость – диван явно не из новых, и хорошо, если не одного возраста с хозяином. Андрей помог Григорию Сидоровичу, подоткнул одеяло.

— Андрей Васильевич, я честно не убивал этого мальчишку, — пробурчал Григория Сидорович. — Он сам…

— Сам-сам, — кивнул Андрей. — Никто в этом не сомневается…

Григорий Сидорович ещё что-то порывался сказать в своё оправдание, но пальцы Андрея легонько нажали на точки за ухом. Учитель математики погрузился в сон без сновидений.